Промежуточные выборы как слепок американской реальности. 21.by

Промежуточные выборы как слепок американской реальности

13.10.2018 15:00 — Новости Общества | Tut.by  
Размер текста:
A
A
A

Вступившая в завершающую стадию кампания промежуточных выборов в США, которые пройдут 6 ноября, станет, пожалуй, самой эмоциональной и самой «грязной» за всю историю страны или, по крайней мере, ее новейшей истории. Общество разделено и крайне политизировано, линия разделения проходит по семьям и старым дружеским связям. Социологи регистрируют максимальный за всю историю проведения исследований интерес к кампании и будущим результатам. Однако, как нам кажется, чем бы ни закончились выборы в ноябре, они не решат всех противоречий, а станут лишь еще одним этапом политического противостояния, причины которого намного глубже, чем древний антагонизм двух американских политических партий. Попытаемся взглянуть на ситуацию беспристрастно и без эмоций.


Кого выбирать будем?

США — очень сложная политическая конструкция. Политическая жизнь там проходит на всех уровнях и в разных плоскостях. В нынешнем ноябре гражданам Соединенных Штатов предстоит выбрать: весь состав Палаты представителей, треть Сената, губернаторов 36 штатов из 50, а также законодательные органы практически во всех штатах. Всего в США 99 законодательных палат на 50 штатов (в Небраске законодательный орган состоит всего из одной палаты), и выборы пройдут в 87 из этих законодательных палат, т.е. из 7383 мест в парламентах штатов вакантными для выборов станут 6069. Не обойдут выборы стороной и судебную власть: в 32 штатах пройдут выборы состава Верховного суда, а в 29 — апелляционных судов.

Кроме того, нельзя забывать о том, что в промежуточные выборы избираются мэры городов, городские советы, проводится голосование по местным инициативам.

В общем и целом можно сказать, что в ноябре нынешнего года в США политический ландшафт может полностью поменяться. Со всей определенностью на своем посту останется только президент, но он — всего лишь плод консенсуса образца 2016 года, и он далеко, на самом верху, и не может всерьез влиять на жизнь каждого кирпичика всей американской пирамиды.

Откуда ажиотаж?

Соединенные Штаты, как и весь мир, переживают эпоху Четвертой промышленной революции, которая, как и три предыдущие, неузнаваемо изменяет весь окружающий нас мир, в том числе не только экономические и трудовые, но и социальные, и политические отношения.

Так как технологические и экономические изменения уже происходят у нас на глазах, а социальное устройство более консервативно и не поспевает за этими изменениями, логично предположить, что в обществе возникнет конфликт, который проще всего будет описать как конфликт между «прогрессистами» и «консерваторами», но который на самом деле является конфликтом между двумя или более вариантами общественного развития.

Последние десять лет в политике США стали временем возникновения и развития такого конфликта. Нельзя не заметить, что сегодня американское общество расколото примерно наполовину и сторонники Демократической партии представляют сторону «прогрессистов», а Республиканской — «консерваторов». На самом деле суть противоречий между ними лежит глубже. Если сильно упростить суть происходящего, то разница между «прогрессистами» и «консерваторами» заключается в дилемме «централизация или децентрализация»: рост контроля государства над всеми сферами жизни граждан («прогрессисты») или, напротив, минимизация такого контроля («консерваторы»).


Происходящее в Штатах действительно является конфликтом двух мировоззрений. Уже в 2010 году обозреватель журнала The Atlantic Джеймс Фэллоуз отметил, что политическая система США в целом и законодательная в частности парализованы, так как к началу второго десятилетия нынешнего века исчезли возможности для сотрудничества двух партий по каким-либо вопросам. Собственно, со времен второго срока Джорджа Буша-младшего не было ни одного случая, когда бы партиям удалось прийти к согласию по любому вопросу внешней и внутренней политики. Напротив, демократы и республиканцы сосредоточены в большей мере не на реализации собственной повестки дня, а на попытках блокировать реализацию планов оппонентов.

Подобное противостояние приводит не только к потенциальному параличу власти, но и к общественному противостоянию. Так, результаты опроса экспертов журнала Foreign Policy, проведенного год назад, продемонстрировали, что 35% опрошенных политологов считают, что США находятся на грани той или иной формы гражданского противостояния. Это самый высокий показатель за последние 150 лет, со времени окончания Гражданской войны.

Профессор истории Йельского университета Дэвид Блайт заметил: «Мы можем говорить о возможности гражданского противостояния в случае, если какое-либо событие, закон или результат выборов являются абсолютно неприемлемыми для какой-либо партии, группы населения или крупного сообщества в стране». На сегодня таких событий можно перечислить великое множество: избрание президентом сперва Барака Обамы, а затем Дональда Трампа; принятие Закона о защите пациентов (Obamacare) и попытка отмены его администрацией нынешнего президента; разница во взглядах на подходы к налогообложению и распределению общественных благ.

Для обеих партий в Штатах, таким образом, нынешние выборы становятся попыткой переломить ситуацию в свою пользу. Каждой из них необходима убедительная победа и контроль одновременно над двумя палатами Конгресса. Только контролируя и Сенат и Палату представителей, республиканцы смогут сосредоточиться на своем пакете реформ, полностью укомплектовать правительство и провести преобразования, которые предусмотрены программой партии. Для демократов большинство в обеих палатах станет возможностью для блокировки этих инициатив в ожидании избрания президентом их однопартийца.

Каков расклад сил?

На текущий момент Республиканская партия на федеральном уровне контролирует законодательную и судебную власть: у «консерваторов» большинство в обеих палатах Конгресса, а недавнее утверждение Сенатом Бретта Кавано после продолжительных скандалов, разбирательств и протестов, изменило баланс сил в их же пользу и в Верховном суде страны. Республиканец Трамп является президентом страны, а его однопартийцы — губернаторы в большинстве штатов. Казалось бы, партия Трампа полностью контролирует власть в стране, однако все далеко не так просто.


Бретт Кавано

Исторически, а также после двух сроков президента Обамы Демократическая партия фактически контролирует аппарат исполнительной власти в стране: среди федеральных чиновников нет или почти нет республиканцев. Во время выборов 2016 года количество голосов, отданных за Хиллари Клинтон, было самым высоким в столице, Вашингтоне, составив ошеломительные 91%. Назначения президента на руководящие посты в центральные органы власти зачастую блокируются демократическим меньшинством Сената с использованием процедурных уловок и тактики затягивания. Поэтому неудивительно, что многие из политических инициатив президента Трампа «уходят в песок» и попросту не реализуются, погрязнув в бюрократической трясине. Кроме того, у демократов широчайшие возможности для формирования общественного мнения в свою пользу: они пользуются поддержкой практически всех крупнейших федеральных СМИ, «Фабрики грез» — Голливуда, а также профессуры большинства крупнейших и самых престижных высших учебных заведений страны, которые могут мобилизовать традиционно наиболее активную часть общества — студентов.

Будучи ограниченными в возможностях не только реализовать свою повестку, но и эффективно блокировать работу администрации Трампа в законодательном органе и, после последних событий, в Верховном суде, демократы перешли к применению радикальной тактики: запугиванию и преследованию депутатов Конгресса от Республиканской партии, а также проведению агрессивных акций протеста прямо в здании Капитолия и Суда. Протестующие блокируют лифты, препятствуя перемещению законодателей — политических оппонентов, либо пытаются давить на них лично, проникнув вместе с ними в кабину лифта. Некоторые из республиканских конгрессменов подвергались нападкам во время ужинов в ресторанах, появления на улице, а также с угрозами жизни и здоровью со стороны левых радикальных группировок. Все это сопровождается активной информационной кампанией в крупнейших СМИ страны.

На нынешней неделе экс-кандидатка Хиллари Клинтон признала, что ее партия использует «нецивилизованные» способы ведения борьбы: «Нельзя быть цивилизованным и гражданственным по отношению к партии, которая стремится разрушить то, за что ты борешься. Я верю в то, что, если нам посчастливится получить обратно большинство в Палате представителей и/или Сенате, тогда цивилизованное гражданственное поведение снова может иметь место».


Хиллари Клинтон

Таким образом, на настоящий момент обе партии серьезно радикализировали свои повестки и методы ведения политической борьбы с единственной целью: помешать соперникам. То есть говорить о возможности выбора дальнейшего пути развития пока не приходится.

Чем сердце успокоится?

Ясной картины результатов выборов на сегодняшний день быть не может: слишком много позиций и выборных должностей будут стоять на кону в первый вторник ноября. Можно лишь высказывать предположения об общем перевесе одной из партий и возможном контроле той или иной палаты Конгресса.

На текущий момент опросы показывают, что с наибольшей вероятностью республиканцы будут контролировать верхнюю палату парламента — Сенат, а демократы получат большинство в нижней — Палате представителей. Такое положение дел объясняется просто: большинство штатов — «красные», т.е. исторически с большей вероятностью голосуют за республиканцев, однако большинство населения страны проживает на побережьях, в самых густонаселенных штатах и городских агломерациях, где с большей вероятностью победу одержит кандидат от Демократической партии. То есть республиканцы получат Сенат, где заседают по два представителя от каждого штата, а демократы могут получить Конгресс, так как у них большинство на территориях, где проживает большинство избирателей.

Однако ситуация за оставшиеся несколько недель может кардинально измениться, как это случилось в 2016 году в ходе президентских выборов.


Надо отметить, что количество «твердых» республиканцев и демократов в США на протяжении всей истории составляло примерно равные доли населения — около 30% тех и других. Оставшиеся 40% населения проявляли политическую активность только во время выборов и не придерживались четких политических принципов (т.н. «электоральное болото»). Однако нынешняя кампания и связанные с ней скандалы, интриги и расследования не оставили почти никого равнодушными: местные СМИ пишут о том, что количество избирателей, зарегистрировавшихся для участия в промежуточных выборах, значительно выше, чем даже в 2016 году. Электорат обеих партий невероятно консолидирован, а среди «электорального болота» практически не осталось неопределившихся.

В любом случае надо отметить, что какими бы ни были результаты выборов на федеральном уровне, им не удастся разрешить проблему противостояния, политизации и радикализации политики в богатейшей стране планеты. Если Демократическая партия получит контроль над Конгрессом, максимум, чего она сможет достичь, — максимально затруднить работу и жизнь администрации Трампа. Но даже если республиканцы сохранят контроль над всеми тремя ветвями власти, их оппоненты продолжат реализовать политику «агрессивного гражданского сопротивления», тем более что средств у них для этого пока достаточно. К каким последствиям это может привести, особенно с учетом высокой вероятности гражданского противостояния, о которой говорилось в начале статьи, представить сложно.

Идеальной была бы ситуация, если бы обе стороны политического процесса пришли к пониманию необходимости поиска компромисса. Однако на настоящий момент такой исход очень маловероятен.

 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
Вступившая в завершающую стадию кампания промежуточных выборов в США, которые пройдут 6 ноября, станет, пожалуй, самой эмоциональной и самой "грязной" за всю...
 
 
 


Архив (Новости Общества)

21.by в социальных сетях



Партнёры

© 2004-2018 21.by
Яндекс.Метрика