Кирилл Рудый - о жизни после госслужбы и проектах с Китаем. «Cперва кажется, ничего нельзя, а оказывается - все можно». 21.by

Кирилл Рудый - о жизни после госслужбы и проектах с Китаем. «Cперва кажется, ничего нельзя, а оказывается - все можно»

03.03.2021 10:55 — Новости Экономики | Tut.by  
Размер текста:
A
A
A

Источник материала: Tut.by

Год назад экс-посол Беларуси в Китае и экс-советник президента Беларуси Кирилл Рудый оставил госслужбу, став независимым директором Finstore.by, проекта Банка БелВЭБ, и войдя в состав набсовета Банка развития. О том, есть ли жизнь после госслужбы, реально ли занять деньги в Китае и почему Пекин больше волнует ситуация с COVID в Беларуси, чем западные санкции, Кирилл Рудый рассказал TUT.BY.


Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— Почти год вы отработали в финтехе. Есть ли жизнь после госслужбы?

— Конечно есть, появилось больше времени и меньше ограничений. Хотя тот же Банк БелВЭБ или Банк развития Республики Беларусь, с которыми сотрудничаю, — это все банки с государственным капиталом. Для них прибыль важна, но главное все же — развитие, например, технологии или экспорт. В итоге получается такая квазигосслужба.

Finstore.by — это созданная банком БелВЭБ блокчейн платформа, резидент ПВТ в рамках известного декрета. Этим и интересен этот проект: уникальный правовой режим и банковская экосистема.

— И в качестве независимого директора Finstore.by вы курируете «китайские проекты». Это и про проект «Великого камня» и про недавно начатый выпуск токенов в поддержку белорусского экспорта. Какие возможности и масштабы у этого рынка и у цифровых продуктов видите?

— Да, эта платформа в прошлом году собрала финансирование для главного китайского инвестпроекта «Великий камень», в этом — для крупнейшего китайского покупателя белорусского молока Baimen — эта компания-нерезидент прибыльная, а собранные деньги идут на счета белорусских заводов-экспортеров молока.

В целом, китайское направление перспективное, потому что растет, кто бы как к нему не относился. В прошлом году торговля Беларуси упала с многими странами, кроме Китая, экспорт туда вырос, и по многим позициям в разы. При анемичном росте в Евразии, ставка на Китай — беспроигрышная. Но, кто хочет там быстро заработать, лишь быстро потеряет. Нужно настраиваться на системную и долгосрочную работу.

Сегодня цифровые продукты все более востребованы, потому что просто удобны в ковидную эру, да и выгодны — дают доход в 5−6% в валюте при банковских депозитах в 1−2%. Конечно, надо вкладывать разумно: смотреть отчетность эмитентов, вникать, оценивать риски. Объем платформы пока невелик (около 20 млн долларов), но потенциал — не менее 10 млрд долларов, если смотреть на годовой размер валютных депозитов физлиц и корпоративных облигаций в Беларуси. И если на платформу уже приходят нерезиденты-эмитенты, то придут и нерезиденты-инвесторы, а это неограниченный объем капитала.

— Финансирование через токены — это все-таки небольшие суммы, нишевой продукт. А реально ли привлечь в Китае деньги под потребности страны? Пару миллиардов долларов несвязанных кредитов, к примеру?

— Конечно! Еще в бытность работы в Китае пару лет назад для Беларуси был открыт рынок «панда-бондов» и «дим-сам бондов» (облигаций в китайских юанях и в гонконгских долларах), был куплен рейтинг китайского агентства, и помню на встрече глава Администрации Гонконга Кэрри Лэм говорила о возможности даже получить субсидию при первом выпуске в Гонконге. Сегодня знаю, что одна компания-резидент Беларуси прорабатывает выпуск корпоративных «панда-бондов» в Китае в юанях.

Есть и иные источники, откуда можно привлечь несвязанные займы: китайские банки и учреждения. Это вопрос переговоров. Вообще в Китае нет ничего невозможного: сперва, кажется, что ничего нельзя, потом оказывается все можно.

— Инвестиционная привлекательность Беларуси для Запада в свете разворачивающихся санкций падает. А для Китая? Их наши политзаключенные не смущают? Или возможное закрытие западных рынков для продукции совместных предприятий.

— Инвестиционная привлекательность Беларуси с точки зрения западных держателей наших евробондов сегодня сравнялась с Украиной, если смотреть на показатель кредитного спрэда еврооблигаций двух стран. Да, до 2020 года по этому показателю в Беларуси действительно инвестиционная ситуация была лучше. Но вопрос не в санкциях, а в оценке инвесторами перспектив. Санкции не дают ожидаемого результата, а лишь разъединяют страны. Многолетние санкции привели к тому, что Беларусь стала ориентироваться на Россию и Китай. Например, вместо немецкого и французского языков среди белорусских детей стала расти популярность китайского.

Что касается реакции Китая, то он, как правило, не вмешивается во внутриполитическую ситуацию других стран, а выстраивает отношения с действующей властью. Особенно если другая страна сама не вмешивается в дела Китая, а в этом вопросе Беларусь весьма политкорректна.

Белорусско-китайские предприятия (Мидеа-Горизонт, Белджи, МАЗ-Вэйчай) если и ориентируются на внешний рынок, то на российский. Поэтому риск санкций на Западе их меньше тревожит. Для выхода на западный рынок китайцы там и открывают совместные предприятия. Думаю, что у нас китайскую сторону может больше смущать ситуация с COVID, поскольку китайцы у себя пошли другим путем и не допустили второй волны.

Многолетние санкции привели к тому, что Беларусь стала ориентироваться на Россию и Китай. Например, вместо немецкого и французского языков среди белорусских детей стала расти популярность китайского

— Китай у нас традиционно выступает примером того, что реформы может и нужны, а вот демократизация — не обязательна. Реально повышать уровень жизни народа без демократизации в среднесрочной перспективе? Сложно представить себе общество определенного уровня достатка, и без запроса на свободу…

— Действительно, на эту тему есть исследования, показывающие, что с ростом благосостояния в обществе увеличивается доля среднего класса, который более склонен к самоорганизации и самоуправлению. Когда его доля вырастает до размера, который сложно игнорировать властям, то и происходит перераспределение политических сил. Это справедливо, когда страна, например, переходит из группы со средним в высокий уровень экономического развития.

Да, Китай уже несколько лет экономически более развит, чем Беларусь, и здесь служит нам примером. Но это все еще страна со средним уровнем экономического развития. Просто размер Китая порой ослепляет и, кажется, что он не только большой, но и высокоразвитый. Пока он победил бедность, и это здорово, но он только в середине пути. Долгие годы Китай у себя выстраивал не только рыночную экономику, но и рыночное общество, где монетизировались многие ценности, в том числе общественно-политические. В последние годы в Китае усилилась борьба с коррупцией, и, думаю, это повлияет на общество, но его реакцию спрогнозировать сложно. Также надо учитывать, что в Китае больше свободы на местном уровне, высокий уровень децентрализации, много сдержек, противовесов, конкуренции внутри политической системы. Поэтому отвечая кратко на ваш вопрос: пример Китая рано и сложно обобщать.

— Рассказывая о мегатрендах Китая, вы обращали внимание на важный длинный тренд — переориентацию с 2012 года роста китайской экономики с экспорта на потребление. Возможен такой вариант для Беларуси? Раз уж санкции, выезд из страны серьезно ограничен, за импортозамещение снова взялись — есть потенциал роста у внутреннего потребления?

— Это вопрос устранения дисбалансов. В Китае, как и в ряде других азиатских стран, был большой внешнеторговый профицит, который привел к 2012 году к укреплению национальной валюты и оттоку капитала. Китайцы стали устранять это стимулированием импорта через рост потребления, привлечение прямых иностранных инвестиций, снижение торговых барьеров, улучшение конкуренции. Если говорить о потреблении, то оно растет в Китае благодаря росту доходов, развитию электронной торговли, программам реальных скидок, доступной кредитной поддержке.

Короче говоря, чем больше здесь смотрю на китайский опыт, тем больше он непохож на наш.

— Кажется, все вопросы вам журналисты задают, чтобы выйти на фирменную финальную притчу. Можно оптимистичную?

— Если оптимистичную, то расскажу случай, который я любил рассказывать студентам, когда в 2004 году вернулся со стажировки из США. Тогда делился с ними удивительной историей, как в рамках программы Фулбрайт 5 американских вузов пригласили меня прочитать лекцию о белорусской экономике, и я объездил пол-Америки. Но потом вдохновленным студентам рассказывал цену этого: заявки я отправлял в почти 500 вузов, и только когда получил первое приглашение после 100 обращений вообще поверил, что этот путь реален и его можно пройти.

 
Теги: Курсы валют
 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
Год назад экс-посол Беларуси в Китае и экс-советник президента Беларуси Кирилл Рудый оставил госслужбу, став независимым директором Finstore.by, проекта Банка БелВЭБ, и...
 
 
 

РЕКЛАМА

Архив (Новости Экономики)

РЕКЛАМА

© 2021 21.by