Бизнесмена из Минска в августе посадили за «беспорядки», а его жена, чтобы найти на все деньги, продает раскраски. 21.by

Бизнесмена из Минска в августе посадили за «беспорядки», а его жена, чтобы найти на все деньги, продает раскраски

19.09.2020 16:17 — Новости Общества | Tut.by  
Размер текста:
A
A
A

Источник материала: Tut.by

«Все три дня, пока искала мужа в РОВД и изоляторах, злилась на него. А теперь очень им горжусь. Хотя до сих пор не понимаю и не могу логически объяснить, почему его обвиняют в массовых беспорядках», — говорит минчанка Екатерина Савицкая. Ее супруга Юрия задержали на работе 10 августа,. Уже больше месяца она и 4-летний сын — без мужа, папы и кормильца семьи. Чтобы оплатить услуги адвоката, Екатерина рисует и продает раскраски. И надеется на «справедливость и здравый смысл».


Фото из личного архива семьи Савицких.

Вообще, иллюстратор Екатерина Савицкая планировала в соавторстве с Мариной Лугиной выпустить в сентябре детскую книгу о Минске — виммельбух «Истории в городе», но ее выход пришлось отложить. Из-за «политических событий и задержания мужа» Екатерина пока создает и продает раскраски по мотивам книги. Так она зарабатывает супругу на адвоката, ведь раньше именно Юрий был главным кормильцем семьи. А он — под стражей уже больше месяца.

Как так случилось, что Юрия Савицкого задержали и возбудили в отношении него уголовное дело за участие в массовых беспорядках, его жена до сих пор не понимает и не может объяснить логику действий милиции и следствия.

— До этого лета наша семья, как и большинство белорусов, была фактически аполитична. Когда начался сбор подписей за выдвижение людей в кандидаты в президенты, моему супругу импонировал Виктор Бабарико. Муж посчитал, что должен его поддержать, — и вступил в инициативную группу. Муж не был очень активным членом инициативной группы в силу семейных обстоятельств. Он всего-то собрал около 20 подписей — обзвонил друзей, знакомых. На этом, в общем-то, его активность закончилась, — рассказывает Екатерина.

В день президентских выборов, когда закрылись участки для голосования, Юрий решил, что должен выйти на мирную акцию, чтобы таким образом показать, за кого он отдал свой голос. Екатерина его отговаривала.

— Мы все понимали риски, понимали, что его могут задержать за то, что он, как и другие, просто вышел и таким образом обозначил свою позицию. Но никто ведь и предположить не мог, что все это закончится таким — избиениями людей, взрывами гранат.

Тем не менее Юрий домой вернулся в порядке — как и его друзья, с которыми он вечером был вместе. Мужчина показывал жене видео, которое он снимал на улицах. Екатерина говорит, что на кадрах какие-то радикально настроенные люди «громили скамейки» и на этом же видео ее муж говорит им, мол, «не провоцируйте ОМОН, мы здесь не для этого, мы вышли на мирную акцию».

На следующий день, 10 августа, Юрий уехал на работу. Он, вообще, директор шиномонтажа, но в тот день помогал компаньону в автомагазине. Как потом рассказали Екатерине, в автомагазин зашли двое мужчин якобы посмотреть машину, но не успел Юрий с ними поговорить, как пришли еще четверо, схватили его, затолкали в машину и увезли.


Юрий Савицкий. Фото из личного архива семьи

Похитившие Юрия мужчины были в обычной одежде, но Екатерина сразу предположила, что это не какие-то бандиты, а, возможно, сотрудники милиции. Следующие три дня она искала своего мужа в РОВД, изоляторах, тюрьмах, судах: обзванивала учреждения, ездила — «никто ничего не знал». При этом она видела, как в изоляторы заезжают автозаки, выезжают скорые, как под стенами ИВС дежурят родственники, тут же были новости о криках задержанных на Окрестина. Это, говорит, страшно угнетало и пугало, а силовики молчали.

Лишь на четвертые сутки, вечером 13 августа, Екатерина узнала, что ее муж — в тюрьме в Жодино. Тогда начали массово выпускать задержанных, и женщина подходила к ним с фотографией мужа, спрашивала, не видели ли они его, потому что в списках его фамилии не было.

— Один из парней, который вышел, остановил свой взгляд на фотографии моего мужа, начал расспрашивать меня, во что тот был одет, потому что в камере их было более 25 человек и запомнить всех было сложно. Я сказала, что он был в шортах, майке и босоножках — так он уходил на работу. И так был все эти дни, ведь я не могла даже передать ему передачу, потому что не знала, где он.

Парень рассказал, что Юрий действительно был с ним в одной камере, но после суда его отвели к следователю и не выпустили — в отличие от других сокамерников. Парень рассказал Екатерине и о том, что ее муж будет проходить по уголовному делу и что утром его, скорее всего, поведут на допрос.

Екатерина не знала, что ей делать, начала искать адвоката, в том числе обращалась к правозащитникам. А ночью ей позвонил еще один парень, который был с ее мужем в камере и выполнил его просьбу: передал, что Юрия действительно будут допрашивать и нужен адвокат.


Екатерина Савицкая с портретом мужа. Август, 2020. Фото: «Радыё Свабода»

Адвоката в итоге помогли найти знакомые. Но и тут была заминка: документального подтверждения того, что Юрий находится в Жодино, не было — никто из силовых структур так и не сообщил ничего о муже. Как позже выяснилось, поток людей, поступающих в изолятор, был такой большой, что Юрия оформили по правилам только 13 августа, и официально он находится под стражей с этого числа, хотя задержали его 10-го.

В тюрьме в Жодино Юрий пробыл около двух недель, сейчас он в СИЗО на улице Володарского. Вначале его подозревали в нарушении ч. ч. 1, 2, 3 ст. 293 УК РБ, то есть — в участии, организации и подготовке лиц для массовых беспорядков. Сейчас осталась только вторая часть этой уголовной статья — участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся насилием над личностью, погромами, поджогами, уничтожением имущества или вооруженным сопротивлением представителям власти.

Правозащитники признали Юрия Савицкого политзаключенным.

Адвокат дала подписку о неразглашении, поэтому может рассказывать семье лишь о самочувствии Юрия и каких-то общих вещах, говорит Екатерина. По просьбе Юрия адвокат не рассказывала Екатерине, что муж был избит, — она узнала это от его сокамерника.

— Он рассказал без подробностей, что у мужа были следы избиения на лице, ягодицы были синими. А еще было подозрение на перелом ребра, но оно не подтвердилось: ему делали снимок. Сейчас муж вроде чувствует себя хорошо, спокоен — он вообще у меня крепкий, сильный мужчина. Общаемся с ним через адвоката и письмами, правда, не все доходят. Но ему, знаю, приходят открытки со словами поддержки от незнакомых людей, и это очень его воодушевляет, — говорит Екатерина.

С обыском в квартиру Савицких еще не приходили, и женщина переживает, чтобы и не пришли и не напугали ребенка. 4-летний сын очень ждет папу.

— Насколько я знаю, нет никакой доказательной базы того, что мой муж участвовал в беспорядках. И я знаю, что это правда, потому что знаю мужа — он не мог участвовать в беспорядках, потому что шел именно показать мирно, только своим присутствием, за кого он проголосовал.

Екатерине, пока муж находится под арестом и у семьи нет основного источника дохода, помогают родные и даже незнакомые люди, которым она очень благодарна. Каждый, кто сталкивался с обвинением родных по уголовным делам, знает, что день работы адвоката или одно следственное действие с его участием стоит около 300 рублей — а еще ведь нужно как-то содержать себя и ребенка. Но и Катя не сидит сложа руки — продает раскраски для детей. Их можно посмотреть и заказать тут.

 
Теги: Минск
 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
«Все три дня, пока искала мужа в РОВД и изоляторах, злилась на него. А теперь очень им горжусь. Хотя до сих пор не понимаю и не могу логически объяснить, почему его...
 
 
 

РЕКЛАМА

Архив (Новости Общества)

РЕКЛАМА

© 2004-2020 21.by
Яндекс.Метрика