«К этому все морально готовы». О чем говорят мужчины, которые ждут женщин у РУВД после задержания. 21.by

«К этому все морально готовы». О чем говорят мужчины, которые ждут женщин у РУВД после задержания

27.09.2020 12:39 — Новости Общества | Tut.by  
Размер текста:
A
A
A

Источник материала: Tut.by

Третью субботу после задержаний на женских маршах у минских РУВД собирается немало мужчин. Это парни, мужья, братья или просто друзья девушек, которых забрали во время акции. В прошлые выходные одна из героинь TUT.BY рассказала, что муж против ее участия в мирных маршах. Мы решили узнать, а что по этому поводу думают другие мужчины. В субботу вечером мы отправились к РУВД и пообщались с мужчинами, которые ждут своих любимых или подруг под зданиями управлений.

По данным лишенного регистрации правозащитного центра «Вясна», в субботу, 26 сентября, задержали более 100 человек.

Юрий: «В пятницу забрали друга из Жодино, поэтому через все эти этапы уже проходили»

Юрий ждет приятельницу Викторию. Девушка — научный сотрудник.


Юрий

— Мы познакомились в августе на избирательном участке, — вспоминает собеседник. — Я, Вика и еще 13 ребят были независимыми наблюдателями. За неделю досрочного голосования мы все сдружились, и теперь у нас есть чат, в котором мы общаемся.

Девчонки из нашего чата ходят на женские мирные акции. Вика тоже. Знаю, что на марш она пошла с подругой и сестрой. Когда я увидел на Nexta, что стали появляться фотки задержаний, я ей написал: «Давайте подъеду, вас заберу». Она мне ответила: «Можешь не приезжать, я уже в автозаке».

В пятницу мы забрали друга из Жодино, поэтому через все эти этапы уже проходили, и я начал действовать по классической схеме: звонить в РУВД. Сразу в Советское — оно относится к району, где ее задержали. Мне сообщили: перезвоните через час. Через час ответ был таким же. В итоге я списался с волонтерами, они порекомендовали объехать все управления, оставить свои данные у волонтеров, которые рядом дежурят, и ждать их звонка.

Параллельно я списался с Викиной сестрой. С ней все было хорошо. Они с подругой сели на бордюр, и их не трогали. Вика с толпой отошла вперед — и ее взяли. Сестре я написал, что знаю о задержании, и мы решили действовать так. Чтобы лишний раз не волновать родителей девушек, мы разделили силы: Викин муж с маленькой дочкой остался дома, а мы с сестрой поехали на поиски.

— Почему вы вызвались помочь?

— Потому что нужно друг другу помогать, — просто отвечает Юрий. — Мы были уже в Советском РУВД, теперь приехали сюда — во Фрунзенское. Списков пока нет, но здесь, как нам сообщили, находятся 23 девушки, вероятность, что среди них наша, — есть.

— А если нет?

— В Минске конечное количество РУВД, придется по другим покататься, позвонить.

— Не отговаривали девушек из вашей «избирательной» компании не ходить на акции?

— Зачем? Все взрослые люди, понимают, что делают и почему. Убеждать человека сидеть дома нет смысла, как и переживать из-за этой ситуации. Каждый, кто выходит на улицу в знак протеста, даже если он это делает абсолютно мирно, понимает: сегодня его либо заберут, либо не заберут. Третьего варианта нет.


Суббота, 26 сентября. Ленинское РУВД

— Вам не кажется, что во время нынешних событий девушки активнее парней?

— Начнем с того, что девушек у нас в стране больше, чем мужчин. Это первое, — рассуждает Юрий. — Второе — их очень оскорбили высказывания Александра Лукашенко про то, что Конституция у нас не под женщину, затем пояснение, почему у нас женщина не может быть лидером и слова про экс-президента Литвы. Для кого-то это стало важным триггером, чтобы начать выходить. Ну и третье — поначалу женщин не так били, поэтому мужчинам, пусть это и не очень приятно, в какой-то момент пришлось отойти на второй план.

— Что бы вы ответили Лидии Ермошиной, которая в 2010-м предлагала женщинам «не по площадям шастать», а сидеть дома и варить борщ?

— Сейчас мужчине модно быть самостоятельным, а не рассчитывать на то, что кто-то будет тебе зашивать носки, стирать за тобой и готовить. Девушка — она же муза, а не домработница.

Виталий: «Сразу очень волновался, потом — привык»

Виталий ждет жену Катерину. Девушка — юрист.


Виталий

— О задержании она сообщила мне сама, — рассказывает собеседник. — Написала, что их с подругой из буса пересадили в автозак, и предупредила, что наберет меня из РУВД. Последние слова вызвали у меня улыбку: как же она мне позвонит, если у них изымут все вещи. Я понял: нужно самому отправляться на поиски. Посмотрел карту всех РУВД Минска — и в путь. Начал с Ленинского. Просто потому что оно территориально ближе всех, плюс я слышал: сюда привозили людей с марша. Там ее не было, и я приехал во Фрунзенское. Оказалось, что и здесь ее нет в списках. Но пока я тут стоял, волонтер обратила внимание, что нам кто-то машет со второго этажа. Я поднял глаза в верх — а это моя жена. Увидел ее — и стало чуть спокойнее.

В 2017 году у меня была похожая ситуация с братом. Его задержали на марше после Дня Воли. Он мне сначала написал, а потом я увидел его фото на главной странице TUT.BY. Из РУВД его в тот день отпустили где-то к часу ночи. Надеюсь, сегодня так долго ждать не придется.

— А если жену сегодня не отпустят?

— Поеду домой собирать передачу. Насколько я знаю, у нее заключен договор с адвокатом, поэтому, если Катю повезут в ЦИП, я свяжусь с защитником, чтобы он отправил уведомление о принятии защиты. Жену забрали впервые, поэтому, надеюсь, все обойдется.

— Что творится на душе у мужчины, когда его женщина идет на марш?

— Наверное, первые разы, когда это происходило, я переживал. Это было еще в августе, когда взрывались гранаты, и на Каменной Горке ей пришлось убегать от ОМОНа. Тогда я очень волновался, а потом привык. Знаете, это как у человека на войне. Если первый день тревожишься, то во второй — пули летают над головой, а ты варишь кашу. Плюс сразу женские марши проходили довольно спокойно.

Конечно, когда она уходит, я постоянно мониторю новости, смотрю, где в городе что-то происходит. Пишу ей, стараюсь хотя бы так уберечь ее от опасности.

— Не пытались уговорить ее сидеть дома?

— Особенность моей работы в том, что мне нужно быть всегда на телефоне. Мы с ней обсудили данную ситуацию и решили: в таком случае мне лучше находиться дома и быть на связи. Для себя же она решила: будет ходить. Для нее это важно. В начале августа мы с ней обсуждали ситуацию, что делать, если тебя задержат. Она знает, как действовать. Правда, тогда мы не думали, что все затянется так надолго и эти знания могут пригодиться в конце сентября.


— Что бы вы ответили Лидии Ермошиной, которая предлагала женщинам сидеть дома и варить борщи?

— Лет 60−70 назад бытовало мнение, что афроамериканцы не должны ездить в одном автобусе с белыми, и это было нормально. Но кто же сейчас об этом говорит? Говорить, что женщина должна варить борщ или, как пишет пресс-секретарь МВД Ольга Чемоданова, заниматься семьей, это не только сексизм, но еще и анахронизм. XXI век — это век возможностей. Сейчас любой человек может стать тем, кем он хочет. И создавать ему искусственные препятствия вроде борщей или социальных ролей — это неправильно.

— У вас нет ощущения, что во многих происходящих сейчас событиях женщины вышли на первый план?

— Думаю, в Беларуси и других постсоветских странах такая ситуация может быть обусловлена исторически. После войны женщины сами растили детей, заботились о них, воцарился фактический матриархат. Сейчас женщины продолжают заботиться о всех нас и, понимая, что в мужчин летят гранаты, осознают: они занимают лидирующую роль и чувствуют в себе для этого силы. И что интересно, этой мягкой женской силе ничего нельзя противопоставить. Почему? Возможно, потому что для тех, кто принимает решения, обидеть женщину — это признак слабости.

— Если после сегодняшнего ваша жена снова захочет пойти на марш, что вы ей скажете?

— Скажу быть осторожной и попрошу пароль от iCloud, чтобы я мог найти ее по локации айфона.

Кирилл: «Единственное, о чем я ее мог просить, не ходить одной»

Кирилл ждет приятельницу Анастасию. Девушка — студентка.


Кирилл

— Я знал, что она пойдет в город. Спросил: «С кем ты пойдешь?». Она ответила: «Одна», — передает ту беседу молодой человек. — Потом уточнил: «А кому ты будешь писать, если что-то случится?», она сказала: «Точно не маме, она в больнице». В итоге днем мне пришло от нее сообщение: «Забрали».

Она поделилась геолокацией, так я понял, что в последний раз она была в Советском районе. Мы с друзьями поехали в Советское РУВД. Посидели там, но никакой информации о ней так и не получили. Тогда наудачу направились во Фрунзенское и здесь нашли ее в списках.

— Что почувствовали, когда увидели ее фамилию?

— Ничего особо не изменилось, просто теперь мы знаем, где она, и теоретически можем ей что-то передать. Друзья поехали собирать передачку, а я здесь жду, надеюсь, отпустят.
Меня тоже уже задерживали. Случилось это во время марша в поддержку Марии Колесниковой. Мне тогда повезло, я провел на Окрестина часов девять. Меня довольно быстро судили и со штрафом в 15 базовых отпустили домой. Вообще, когда ты сам находишься в РУВД — это менее волнительно, чем сидеть здесь — снаружи. Конечно, я знаю, что там ее никто не бьет, но все равно переживаю. Просто, когда это все случается с тобой, ты в процессе — и понимаешь, что происходит. А сейчас я просто жду.

Пробовал ли я отговаривать ее идти сегодня в город? Нет. Зачем? В беседах она четко обозначает свою позицию. Она верит в то, что что-то может измениться и что, когда она выходит, она помогает этому случиться.


Суббота, 26 сентября. Ленинское РУВД

Единственное, о чем я мог ее просить, не ходить одной. Если ты с кем-то, все переносится проще. В толпе ты всегда ищешь того, за кого можно схватиться, того, кто, если что, за тебя вступится. Можно было пойти с ней, но идти на женский марш для мужчин или парней — это дорога в один конец. В РУВД. Поэтому я остался дома на телефоне.

Михаил: «К задержаниям, мне кажется, сейчас все морально готовы»

Михаил ждет жену Кристину. Девушка — юрист.


Михаил

— Когда начались задержания, я стал следить за данными GPS-локатора на ее телефоне, — говорит Михаил. — В какой-то момент заметил, что с Комаровки она резко оказалась по адресу РУВД. Стал ее набирать, но телефон не отвечал. Я понял, что произошло, и через 20 минут был под дверью управления. Здесь я с 15.40. Приехал самым первым. Через час нашел ее фамилию в списках волонтеров.

К задержаниям, мне кажется, сейчас все морально готовы, поэтому какого-то страха не было. Да, это неудобная ситуация, но она разрешится. От ребенка — Ивану 9 лет — я тоже не скрывал, что маму забрали. Я его предупредил: «Мама может вернуться в понедельник или во вторник», он ответил: «Я бы хотел, чтобы сегодня». Он живет в нашем информационном поле, поэтому к случившемуся отнесся спокойно.

Вообще, этим летом наши женщины показали, что они более смелые, чем мужчины.

— Откуда в них эта смелость?

— Женщины от природы смелее. Те же роды. Считается, что пережить такое могут только женщины, потому что у них выше болевой порог. Плюс, как мне кажется, у женщин обостренное неприятие несправедливости. Происходящее в Беларуси после выборов вызвало у них более бурную реакцию, чем у мужчин.


— Что скажете жене, когда она выйдет на свободу?

— Поздравляю с первым разом, — смеется Михаил.

P.S. Кристина вышла из РУВД около восьми вечера.

— Вы ожидали, что Михаил будет ждать вас под управлением больше четырех часов? — спросили мы у нее.

— Я в нем никогда не сомневалась, — ответила она и обняла мужа.

 
Теги: Минск
 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
Третью субботу после задержаний на женских маршах возле минских РУВД появляется немало мужчин. Это парни, мужья, братья или просто друзья девушек, которых забрали...
 
 
 

РЕКЛАМА

Архив (Новости Общества)

РЕКЛАМА

© 2004-2020 21.by
Яндекс.Метрика