Эксперт: Для белорусов современное искусство – это маргинальная подпольщина, которая занимается антиэстетической провокацией

Источник материала:

2 июня 2009 Культура
Радио TUT.BY В этом году Беларусь в очередной раз не войдет в число 77 участников крупнейшего мирового смотра достижений современного искусства – Венецианской Биеннале. Однако 3 июня в выставочном комплексе "БелЭкспо" (ул.Я.Купалы, 27) состоится презентация арт-проекта "Белорусский павильон 53-ей Венецианской Биеннале", где в импровизированном павильоне будет представлено творчество 30 современных белорусских художников, скульпторов и фотографов. Более подробно о самой выставке и ситуации в белорусском искусстве в эфире Радио TUT.BY рассказали духовные родители арт-проекта – художник Руслан Вашкевич и искусствовед Лизавета Михальчук.

Полный вариант разговора слушайте тут

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя. (function (eid) { if(!(typeof(swfobject)=="object" && swfobject!=null)) return; var flashvars={ file: "http://img.tut.by/n/02/e/2009_06_01_09.mp3" }; var params={ play: "true", loop: "false", quality: "high", wmode: "transparent", allowfullscreen: "true", allowscriptaccess: "always" }; var attributes={}; swfobject.embedSWF("http://www.tut.by/jw/player.swf",eid,"250","60","9.0.0","http://www.tut.by/jw/expressInstall.swf",flashvars,params,attributes); })("swf1243958184046");

Почему, по вашему мнению, Беларусь не выставляется в Венеции в очередной раз?

Руслан: Насколько я знаю, участие в Биеннале всегда выглядит как национальный проект. Заявку обычно посылают официальные государственные структуры, как правило, это Министерство культуры. Следовало бы иметь и у нас заинтересованных чиновников, одержимых такой идеей, ведь место для Беларуси в Венеции пустует, никто не запрещает нам выставляться там. Другое дело, что пока нет достойных людей, которые взяли бы на себя эту ответственность и за два года смогли подготовить площадку для старта нашей художественной "ракеты".

Лизавета: Надо осознать, что, по сути, Венецианское Биеннале для мирового искусства и, в частности, для национального искусства – это то же самое, что Олимпиада для мирового и национального спорта. Нашим государством уже осознано, что к Олимпиаде нужно готовить спортсменов, приглашать иностранных тренеров, вкладывать деньги, строить стадионы, потому что потом, когда белорусы выиграют медали, это будет почетно и о Беларуси все узнают. Венецианское Биеннале – это то же самое, только в сфере искусства: это престиж, это имя, и удивительно, что до сих пор это глобальное событие остается без внимания государства. Я думаю, проблема в том, что у нас вообще все сферы искусства обходят вниманием, искусство существует в кавычках.

Странно, ведь для того, чтобы поддержать искусство, Ледовых дворцов строить не надо. Чего тогда не хватает?

Лизавета: Элементарно нужно построить один настоящий музей современного искусства, открыть мирового уровня центр. Делается это, слава богу, относительно просто, сейчас нет железных занавесов, происходит обмен опытом. Подобного рода музеи существуют во всех странах, соседствующих с Беларусью. Всего одного музея современного искусства, организованного уже по мировым требованиям и направленного на образовательные, развлекательные цели, имеющего свою инфраструктуру и постоянно привлекающего внимание к современному искусству, на первом этапе было бы достаточно. Сейчас современное искусство у нас существует как бы за рамками, делается вид, что его просто нет.

Раз государство не хочет повернуться лицом к этой проблеме, быть может, стоит обратиться в какую-то другую сторону, к частным меценатам?

Руслан: Мы как раз и пробуем двигаться в эту сторону, потому что инициатива была наша личная, частная. Получается, что в данных условиях художники должны позаботиться о себе сами и, сплотившись в такую крепкую команду, искать поддержки у сочувствующих и имеющих финансовые возможности людей. В этот раз нам это, собственно, удалось. Нас поддержали доброжелательные финансовые структуры, поэтому стало возможным и заплатить аренду, и начать готовить каталог. В этом смысле мы даже очень довольны.

Возвращаясь немного назад, хочу сказать, что искусство, музеи, галереи – это не просто потраченные деньги, это инвестиции в будущее, то, что красиво, легко и элегантно меняет имидж страны в мире. Искусство должно стать стратегической областью внешней и внутренней политики. И если оно им станет, тогда можно будет говорить и о серьезных проектах. Элементарно нет одного человека, которого бы эта проблема волновала.

Лизавета: Должны быть понимание и заинтересованность, потому что одного личного интереса к современному искусству, даже если это будет интерес какого-то чиновника высокого уровня, все равно недостаточно. Нужно четко понимать, зачем можно и нужно "двигать" белорусское искусство.

Но у нас ведь есть целое Министерство культуры…

Руслан: Речь идет о человеке, который бы увлекся современным, актуальным искусством. Речь идет не о традиционных форматах и жанрах, потому что они худо-бедно живут, но никак не покрывают амбиции современного художника. Деваться современным молодым креативным художникам просто некуда. Потому задача нашего проекта – это в том числе привлечь максимально молодых людей, будет много новых имен.

Справедливости ради надо сказать, что 4 года назад Беларусь участвовала в Венецианской Биеннале. Руслан, расскажите, как все это было?

Руслан: Наше участие в ней было похоже скорее на приятное недоразумение. Столь серьезным событием на тот момент занимались совершенно несерьезные организаторы: некий итальянец, который привозил и проводил здесь какие-то культурные выставки, но не был ни куратором, ни дипломированным искусствоведом для того, чтобы "потянуть" столь значительный проект. И опирался он на мнение столь же непрофессиональных наших людей. При этом каким-то чудом собралась команда из 7 или 8 более-менее хороших художников, а в итоге получилась обычная "солянка" – от каждого художника по две картинки. Это совершенно не биеннальный формат, когда делается высокобюджетный, как правило, персональный проект художника, который на каждой конкретной Биеннале закрывает тему национального павильона. Это всегда выглядит достойно, серьезно, в контексте заданного кураторского проекта. Мы же привезли, в общем-то, то, что было. Так или иначе, событие как прецедент замечательное. Его, конечно же, стоило бы взять "на щит", раскрутить хотя бы на местном уровне и, оттолкнувшись от этого, пробовать участвовать второй, третий раз. Но в нашем случае даже кругов по воде не пошло. Следствие осознания того, что ждать нечего и надо самим двигаться в Европу, – наша теперешняя затея.

Опыт того проекта, который сейчас реализуется в Беларуси, вы хотите перенести уже потом на венецианскую землю? Сейчас происходит репетиция либо альтернатива Биеннале?

Руслан: Это скорее проверка сил. Художники, представленные в данном проекте, – это те люди, которые реально могли бы быть участниками настоящей Биеннале. Это актуальные серьезные художники, которые грызут этот гранит, причем довольно успешно. Это и проба собственных сил, чтобы понять габариты современного искусства, это очень интересно нам самим.

Лизавета: В нашей тяжелой ситуации, когда современное искусство в Беларуси существует где-то на окраинах, на выселках, художники не имеет возможности выставиться масштабными проектами, все разбивается на какие-то мизерные выставки, которые проходят в странных непонятных помещениях и которые посещает минимальное количество людей. Таким образом, для большинства белорусов современного искусства как явления и не существует – для них это какая-то маргинальная подпольщина, которая занимается антиэстетической провокацией.

Руслан, почему тогда вы не выставили свои картины?

Руслан: Так получилось, что я настолько увлекся организацией, что моя предельная объективность (для этого проекта мне нужно было быть предельно объективным) вытолкнула субъективность из этого формата, пришлось максимально отстраниться. Я со своими художественными заморочками останусь на следующий раз.

Почему картины Руслана не приживались на выставках?

Лизавета: Вопрос не в том, что не приживались картины конкретного художника, – это вопрос непонимания сути, специфики современного искусства, неподготовленность белорусского общества. Если брать контекст даже не Нью-Йорка или Парижа, а наших ближайших соседей, то, что у нас расценивается как провокационное или китчевое, в соседних странах было показано уже десятилетия назад и давно признано на мировом уровне как достойное внимания и обладающее эстетической ценностью. И здесь все понятно: люди просто не имеют возможности видеть работы соответствующего уровня. В Беларусь с момента обретения страной независимости, по сути, не привозилось ни одной выставки современного искусства мирового уровня. Естественно, людям, приходящим на выставку и оказывающимся лицом к лицу с непонятными и непривычными формами, а не березками и пейзажами, становится не по себе. Нужно готовить своего зрителя.

Вы назвали свою выставку "Белорусский павильон 53-й Венецианской Биеннале". Будет ли выставка иметь что-то общее с тем, что происходит в Венеции?

Руслан: Во-первых, они совпадают по срокам. Для наших художников, работающих в этой системе, просто оскорбительно то, что люди не могут выставляться там из раза в раз, не участвуют ни в "игре", ни даже "на скамейке запасных". А реально люди – это настоящие игроки, бойцы на художественном фронте. В связи с этим мы вычленили эту группу людей и хотим заявить выставку таким серьезным событием, чтобы от этого не могли отмахнуться, как от мух. Это прекрасное событие, серьезные люди и просто замечательные персонажи, которые будут определять погоду современного белорусского искусства ближайшие 10 лет. Я абсолютно в этом уверен.

Лизавета: Понятно, что этим названием мы пытаемся поддерживать художников, сказать им, что они не в Венеции не потому, что недостойны, а потому что таковы наши белорусские реалии; и одно из важнейших наших желаний – эту ситуацию изменить.