Как ОАЭ обустраивают 32 квадратных километра охотугодий в Логойском районе

Источник материала:

Четыре года назад президентскими указами с грифом ДСП государству Катар выделили в аренду на 99 лет участки земли в Логойском и Смолевичском районе. Катару досталось около 25 квадратных километров лесов на 99 лет. Оказалось, есть и четвертый «арабский» участок — и тоже в Логойском районе. Он занимает 32 квадратных километра. О нем не писали, документов в свободном доступе обнаружить не удалось. Но он единственный не «скрывается»: над КПП реют флаги ОАЭ и Беларуси.

«Езжайте в Заколюжье, там все в заборах»

О том, что деревню Заколюжье тоже окружают подозрительные заборы «арабских охотохозяйств», нам говорили жители деревень у «катарских заборов» — Выгора, Загорья, Лесников. Координаты участка у Заколюжья присылали и читатели.

А вот жительницы этой деревни удивились: чего вы к нам, в Заколюжье, приехали, у нас до тех заборов — дойди еще попробуй.

— Ну забор там вот, километра четыре — показывают за огороды. — Только вы до него не доедете, утонете в грязи. Это Неманское охотхозяйство (Гродненской табачной фабрики «Неман». — прим. REALTY.TUT.BY) там.

— А забор с колючкой где?

— Арабский? Так в Малиновку едьте, тут близко. Он за Малиновкой, там и КПП есть. А от нас до него далеко, пешком умаетесь. У нас до него и не доходят люди — тут всем уже за 80 лет, так далеко мы уже не ходим. Говорили нам, что его еще строят, что в 300 метрах по лесу тут у нас пойдет. Даже метки какие-то ставили, вроде как где он пойдет, да все заглохло. Может, и не достроят.

Малиновка совсем недалеко, и найти дорогу к КПП не составило труда — туда по свежей гравийке, через всю деревеньку, один за одним шли МАЗы. Забор оказался не таким высоким, как у катарских участков. И не таким устрашающим. На подъезде табличка: «Карантинный вольер. Проход/проезд запрещен».

Вообще проезд и проход по дорогам никакой ООО «КПИ Спешл Проджекс» запрещать гражданам Беларуси права не имеет. Будем считать, что речь идет только о территории вольеров.

— Позвоните по телефону на всякий случай, там Василий Николаевич, — предупреждает человек у строительного вагончика, стоящего у знака.

Мы позвонили, там нас не поняли, предположили, что мы ошиблись номером. И тут мы разглядели: да за забором — десятки благородных оленей!

Пока фотограф снимает, подъезжает мужчина на мотоцикле. Как оказалось, управляющий этим хозяйством, это ему мы звонили.

Предыдущий материал он читал и, как нам показалось, имел по этому поводу некий подготовительный разговор с начальством. И в отличие от «чекистского» вида охранников катарских угодий, не стал делать тайны из размера участка, состава поголовья.
— Это карантинный вольер. Оленей завезли из Латвии, пока не достроим вольеры, они тут, как в карантине, — объясняет. — Тут у нас только самцы, 80 голов, разных возрастов. Самки сейчас телятся, они с молодняком отдельно содержатся.

Благородные олени, узнавшие кормильца, потянулись к сетке, как домашние. Рога у них сейчас в шерстке, мягонькие и теплые.

— Как их потом будут стрелять, они ж, как коровы, домашние?

— Ну у нас племенное стадо, мы их разводим — еще же территория не огорожена до конца. И планируем на продажу, другим охотхозяйствам их продавать. Сейчас у нас всего 120 или 130 голов благородного оленя. В вольере приходится держать, потому что если их не переводить из вольера в вольер, они всю территорию подпортят: что-то съедят, что-то вытопчут. А так тут объели — перешли на свежую траву. Всего у нас 3200 гектаров. А что, разве кто-то жалуется на нас? — уточняет.

— Нет, не жалуется. Просто людям заборы не нравятся…

— Наш участок далеко от всех деревень. Вот Малиновка к нему ближайшая, но там только несколько хат жилые, старики доживают, остальные — дачники. И вокруг лесов достаточно, поэтому с местным населением у нас никаких конфликтов не было.

Объясняют необходимость забора вовсе не страхом, что олени разбегутся. Просто они в период гона агрессивные.

— А гон начинается с середины августа, — говорит управляющий. — И грибника какого-нибудь олень может покалечить, а то и убить. Да и самки — например, сейчас подходишь к ней — она на дыбы становится. А если малое испугается, пискнет — может и затоптать. Кому такой риск нужен?

За загоном с оленями, отделенные забором, стоят муфлоны. Говорят, эти горные бараны неплохо перезимовали, а белорусским летом их не испугать. Еще в хозяйстве разводят ланей.

Мы хотели подъехать к КПП, но управляющий стал грудью. Говорит, там оленихи телятся, как бы не сглазили малышей, прецеденты были: посмотрел чужой — и теленок сдох. И вообще — начальство запретило, вы ж поймите. Прорываться не стали. Издалека сняли КПП: стройматериалы, строители, домик для работников, машины, флаги.

Про горы стройматериалов нам рассказали:

— Это домики для охраны будут, четыре штуки, чтобы зимой при объездах было куда зайти погреться, позвонить. Территория-то большая.

Вдоль забора решили не идти, а объехать — казалось, он должен тянуться до деревни Лавники. Возвращались через Малиновку. Остановились побеседовать с хозяином дома, над которым реет государственный флаг.

Леонид, оказалось, восстанавливает родительский дом, где вырос вместе с еще 11 братьями и сестрами. Воевал в Афганистане.

Спросили, всегда ли у него поднят флаг.

— Всегда, — говорит. — Только 2 августа на свой меняю — на флаг ВДВ.

— Управляющий говорит: Малиновке забор не мешает. Это правда?

— Деревня почти вымерла, дачники только из молодых. А кому соседство с забором может нравиться? А еще раздражают эти МАЗы, тракторы — идут один за одним, пылят.

— Там не охотятся, говорят, можно детей сводить на оленей посмотреть.

— Я раза четыре слышал выстрелы. Но кто стрелял и во что — не видел.

Тут можно прикинуть только объемы земель, переданных  ОАЭ. Пока в доступе нет свежих спутниковых снимков, по которым можно точно прорисовать границы забора.

Лавники: охотхозяйство Федерации профсоюзов

В Лавниках «арабского забора» не нашли, хотя и проехали в сторону, где он должен быть, пару километров лесом. За лесом оказались поля местного СПК — еще на пару километров. Но охотхозяйство в Лавниках есть — только принадлежит Федерации профсоюзов Беларуси.

Сейчас тут гостей не принимают — старую часть, которой десять лет, ремонтировали, строили новые домики для отдыха, плюс вводят в эксплуатацию солнечную станцию. Обещают: через пару недель тут можно будет поохотиться и просто отдохнуть, попарившись в баньке, покатавшись на квадроциклах.

Как рассказал руководитель Михаил Ермолаев, охотхозяйству «Лавники» принадлежит почти 60 тысяч гектаров лесов и полей, но вольеров (читай — огороженной забором территории) — у охотхозяйства нет. Тут охота «натуральная», охотятся в разрешенное время, любители — даже с арбалетами. Хотя о постройке вольеров задумываются — вольерная охота достаточно популярная, особенно у обеспеченных иностранцев, приезжающих за трофеями. В вольерах она возможна круглый год. У того же охотхозяйства «Неманское», что у Заколюжья, вольер на 400 гектаров. Но для того чтобы поставить ограждения, нужно взять в аренду правильный участок — чтобы местным не мешал, был и лес, и поле — кормовая база, и водопой. А аренда и строительство — недешевое удовольствие.