Рост заметный, но дефицит остался: итоги внешней торговли за I квартал 2026 года

Белстат подвел итоги внешней торговли товарами за первый квартал 2026 года — первую важную веху для оценки актуальной динамики. Картина выглядит неоднозначно: экспорт заметно вырос, особенно в марте, но отрицательное сальдо сохраняется, а вместе с ним — прежние структурные риски. Поэтому к общим цифрам стоит внимательнее присмотреться, чтобы лучше понять где действительно произошло улучшение и насколько устойчивы негативные факторы.

Почему важно следить за динамикой внешней торговли

Внешняя торговля в 2026 году снова оказывается группой показателей, по которым можно судить не только о состоянии отдельных рынков, но и о более широком самочувствии экономики. Сегодня торговые потоки все чаще меняются под влиянием макроэкономических шоков, конфликтов, санкций, проблем с логистикой и, как результат, нестабильного спроса.

Для открытых экономик это означает, что внешняя торговля перестает быть лишь спокойным фоном, а превращается в один из главных каналов передачи потенциальных внешних рисков.Для Беларуси внешнеэкономический канал всегда был особенно важным. Внутренний рынок слишком мал, чтобы компенсировать колебания внешнего спроса, а значительная часть промышленности и сельского хозяйства ориентирована на продажи за рубеж. Поэтому статистика экспорта и импорта показывает не только то, сколько товаров страна продала или закупила, но и насколько устойчивой остается вся национальная экономическая конструкция: хватает ли внешних рынков, не накапливается ли давление со стороны импорта, и сохраняется ли способность экономики зарабатывать валютную выручку.

Дополнительная сложность в том, что сегодня в силу многих причин столь привычные для Беларуси внешние рынки зачастую не выглядят надежными, как раньше. Даже российское направление, которое в последние годы стало для Беларуси главным экспортным амортизатором, само находится под давлением вероятной стагнации, высоких ставок, роста государственных расходов и неопределенного потребительского спроса. В таких условиях белорусским экспортерам приходится не просто поддерживать прежние связи, а фактически заново проверять их прочность: искать более устойчивую логистику, удерживать позиции на существующих рынках и одновременно задумываться, где рост остается реальным, а где он держится только на сиюминутной конъюнктуре.

По итогам января-марта 2026 года внешнеторговая статистика для Беларуси на первый взгляд выглядит заметно сильнее, чем годом ранее.

Экспорт товаров вырос примерно с $ 9,15 млрд до $ 11,0 млрд, то есть более чем на 20%. Импорт также увеличился, но на удивление умеренно — с $ 10,84 млрд до $ 12,42 млрд, или примерно на 14,6%.

Это означает, что общий оборот внешней торговли расширился, а экспортная динамика в первом квартале оказалась лучшей, чем импортная.

Но текущий рост пока не меняет базовую проблему: торговля товарами остается дефицитной.

Отрицательное сальдо сократилось с примерно $ 1,69 млрд в январе-марте 2025 года до $ 1,41 млрд за тот же период 2026-го, однако сам дефицит никуда не исчез.

А следовательно, первый квартал можно оценить как улучшение внутри прежней модели: экспорт ускорился, особенно в марте, но импортная зависимость и структурный внешнеторговый минус по-прежнему остаются важными ограничителями и источником макроэкономических рисков.

Если смотреть на помесячную динамику, то первый квартал 2026 года выглядит заметно сильнее прошлогоднего по экспорту.

В январе экспорт вырос с $ 2,74 млрд до $ 3,26 млрд, в феврале — с $ 3,00 млрд до $ 3,44 млрд, а в марте — уже с $ 3,40 млрд до $ 4,31 млрд.

Поэтому именно март стал главным положительным сигналом квартала: экспорт не просто оказался выше прошлогоднего уровня, но и заметно ускорился по сравнению с первыми двумя месяцами года. В этом смысле 2026 год начал складываться для белорусских продаж на внешних рынках заметно лучше, чем 2025-й: каждый месяц квартала дал прирост, а к марту этот прирост стал особенно заметным.

Но импортная динамика по-прежнему ограничивает эффект от роста экспорта.

В январе импорт увеличился с $ 3,24 млрд до $ 3,48 млрд, в феврале — с $ 3,56 млрд до $ 4,14 млрд, в марте — с $ 4,04 млрд до $ 4,80 млрд  

Поэтому сальдо в каждом месяце квартала осталось отрицательным. В январе дефицит заметно сократился — с $ 497 млн до $ 214 млн, в марте также стал меньше прошлогоднего — с $ 641 млн до $ 493 млн. А вот февраль, наоборот, ухудшил картину: минус расширился с $ 554 млн до $ 707 млн. В итоге первый квартал дает смешанный сигнал: экспорт растет быстрее и увереннее, но импорт по-прежнему тянет общий баланс вниз, а устойчивого выхода из дефицита пока не видно.

Динамика по рынкам

По экспорту первый квартал 2026 года показывает более неровную картину, чем начало прошлого года.

В январе и феврале доля стран СНГ в белорусском экспорте была выше, чем годом ранее: 72,4% против 69,0% в январе и 73,5% против 71,2% в феврале. Это подтверждало прежнюю тенденцию — экспортный контур Беларуси продолжал смещаться в сторону рынков СНГ, прежде всего российского направления. Но в марте ситуация изменилась: доля СНГ снизилась до 69,5%, тогда как в марте 2025 года она составляла 72,4%. То есть к концу квартала рост экспорта уже не выглядел исключительно связанным с рынками СНГ.

Соответственно, доля стран вне СНГ в экспорте в первые два месяца 2026 года была ниже прошлогодней: 27,6% в январе против 31,0% годом ранее и 26,5% в феврале против 28,8%. Но в марте она, наоборот, поднялась до 30,5% против 27,6% в марте 2025 года. Это важная деталь: мартовское ускорение экспорта сопровождалось некоторым расширением доли направлений вне СНГ. Однако еще рано говорить о развороте географии торговли, но март показывает, что внешнеторговая динамика первого квартала была сложнее, чем простое продолжение концентрации на рынках СНГ.

По импорту картина также неоднозначная. В январе доля стран СНГ в импорте заметно выросла — с 56,2% в январе 2025 года до 60,4% в январе 2026-го. В феврале она почти не изменилась: 59,2% против 59,0% годом ранее. Но в марте, как и по экспорту, произошло обратное движение: доля импорта из стран СНГ снизилась до 57,1% против 59,3% в марте прошлого года. Это означает, что в начале квартала импорт был сильнее привязан к СНГ-направлению, но к марту структура закупок стала немного более диверсифицированной.

Доля стран вне СНГ в импорте, соответственно, в январе была ниже прошлогодней — 39,6% против 43,8%, а в феврале почти совпала с уровнем прошлого года — 40,8% против 41,0%. В марте же она выросла до 42,9% против 40,7% годом ранее. Поэтому по импорту первый квартал тоже не дает однозначного сигнала о дальнейшем сжатии внешней географии. Скорее, данные показывают колебание между двумя контурами: СНГ остается главным направлением поставок, но в марте роль стран вне СНГ снова стала заметнее.

В свою очередь структура сальдо по рынкам показывает, что в первом квартале 2026 года положительная часть внешнеторгового баланса по-прежнему формировалась за счет стран СНГ. Причем по сравнению с прошлым годом этот источник поддержки стал заметно сильнее. В январе профицит торговли со странами СНГ вырос с $ 72,1 млн до $ 262,6 млн, в феврале — с $ 38,5 млн до $ 72,5 млн, а в марте — с $ 65,3 млн до $ 250,5 млн. То есть каждый месяц квартала оказался лучше аналогичного месяца 2025 года. Особенно выделяются январь и март: в обоих случаях профицит был почти в четыре раза выше прошлогоднего уровня. Это означает, что рынки СНГ в начале текущего года заметно компенсировали часть общего дефицита.

Но эта компенсация по-прежнему перекрывалась глубоким минусом на рынках вне СНГ. Причем отрицательное сальдо сохранялось во все месяцы квартала и в феврале-марте было хуже, чем годом ранее. В январе дефицит немного сократился — с $ 568,9 млн до $ 476,3 млн, но уже в феврале вырос с $ 592,2 млн до $ 779,4 млн, а в марте — с $ 706,1 млн до $ 743,8 млн. В результате общая структура внешней торговли остается прежней: СНГ дает Беларуси устойчивый профицит, тогда как страны вне СНГ формируют основной источник внешнеторгового разрыва. Поэтому улучшение по СНГ-направлению важно, но оно пока не меняет общей уязвимости модели внешней торговли.

Группы товаров

Чтобы понять качество нынешнего роста внешней торговли, одних общих показателей экспорта и импорта недостаточно. Не менее важен товарный разрез: он показывает, какие группы действительно тянут экспорт вверх, где сохраняется импортная зависимость и за счет чего формируется сальдо. Но здесь нужно учитывать технический лаг статистики: детальные данные по группам товаров пока доступны за январь-февраль, тогда как общая внешнеторговая картина уже опубликована за январь-март.

В данной статистике по инвестиционным товарам начало 2026 года выглядит скорее слабым. Экспорт за январь-февраль почти не изменился по сравнению с тем же периодом прошлого года: $ 603,2 млн против $ 604,1 млн. Импорт, напротив, немного вырос — с $ 706,3 млн до $ 721,2 млн. В результате отрицательное сальдо увеличилось с $ 102,2 млн до $ 118,0 млн. Для экономики это не самый сильный сигнал: инвестиционный сегмент пока не показывает экспортного ускорения, а значит, не выглядит источником заметного технологического укрепления через канал внешней торговли.

Более интересная динамика видна по промежуточным и потребительским товарам. По промежуточным товарам экспорт вырос с $ 2,91 млрд до $ 3,17 млрд, тогда как импорт почти остался на прошлогоднем уровне — $ 3,97 млрд против $ 3,95 млрд. Благодаря этому дефицит по группе сократился с $ 1,04 млрд до $ 802,8 млн. Это один из наиболее заметных положительных сдвигов в структуре торговли: экспорт материалов, сырья, комплектующих и полуфабрикатов рос быстрее импортной потребности. В свою очередь в потребительских товарах обороты увеличились еще сильнее: экспорт поднялся с $ 1,93 млрд до $ 2,55 млрд, но импорт тоже резко вырос — с $ 2,06 млрд до $ 2,69 млрд. Поэтому сальдо почти не изменилось и осталось отрицательным: минус $ 130,4 млн против минус $ 125,9 млн годом ранее.

Внутри потребительского блока отдельно стоит смотреть на продовольственные товары, потому что они традиционно ведут себя иначе, чем остальная потребительская продукция. Здесь Беларусь сохраняет сильную экспортную позицию: экспорт продовольствия вырос с $ 1,09 млрд до $ 1,42 млрд, импорт — с $ 520,1 млн до $ 692,8 млн, а положительное сальдо увеличилось с $ 574,8 млн до $ 723,2 млн. Иными словами, даже при росте закупок продовольствие продолжает давать значительный чистый плюс и остается одной из главных опор белорусского экспорта в целом.

А вот непродовольственные потребительские товары по-прежнему показывают обратную картину. Экспорт здесь вырос с $ 836,1 млн до $ 1,14 млрд, но импорт увеличился еще сильнее в абсолютном выражении — с $ 1,54 млрд до почти $ 1,99 млрд. В результате отрицательное сальдо ухудшилось с $ 700,7 млн до $ 853,6 млн. Поэтому потребительский сегмент в целом выглядит двойственно: продовольствие укрепляет внешнеторговый баланс, а непродовольственные товары продолжают его тянуть вниз. Это хорошо показывает одну из устойчивых особенностей белорусской экономики: экспортные успехи в отдельных товарных нишах сохраняются, но зависимость от импорта широкого круга готовых товаров и непродовольственных позиций остается высокой.

В итоге первый квартал 2026 года Беларусь завершает с более активной, но все еще очевидно уязвимой внешней торговлей. По сравнению с началом прошлого года экспорт вырос заметно быстрее импорта, однако общий дефицит сократился, что само по себе можно считать положительным сигналом после непростого 2025-го.

Но этот результат не снимает главного вопроса — насколько устойчивым окажется текущее улучшение. Сальдо остается отрицательным, профицит по странам СНГ по-прежнему лишь частично компенсирует глубокий минус на направлениях вне СНГ, а товарная структура все еще показывает неоднородность: продовольствие и часть промежуточных товаров поддерживают баланс, тогда как инвестиционные и непродовольственные потребительские товары сохраняют признаки слабости или импортной зависимости. Поэтому первый квартал скорее говорит о попытке экономики удержаться во все более сложной и неопределенной внешней среде.