АЛЖИР УХОДЯЩИЙ

(Окончание. Начало в №25)
Для уничтожения де Голля изготовили бомбу: 45 кг тротила в баллоне из-под пропана, детонатор электрический. После взрыва возникнет воронка диаметром не менее 100 м — генералу из нее не ускользнуть!
Итак, первая попытка покушения. Время «Ч» — 23 июля. Бомбу замаскируют в песчаной куче, что у обочины шоссе, буквально накануне, а пока следует тайно подвести провод — 650 м. У заговорщиков на это ушла неделя. Поистине, «адская машина» требует и адского труда — работали ночами, ползали в поле, прижимаясь к земле каждый раз, когда мелькали фары проносящихся авто. Наконец, можно перевести дух! И ждать…
Эрве Монтань решает поехать на каникулы с женой и двумя детьми в деревню. То была мера чистой предосторожности. Опытный конспиратор, он понимал, что не поехать в отпуск — значит привлечь внимание. А заговорщик обязан раствориться в толпе. Один Бельвизи, похоже, не понимает этого: носит, франт, цветастые рубахи. Перед отъездом Монтань доверил ему самое главное — бомбу, а тот запер ее в багажнике своей легковушки. И ездит с ней по Парижу! Мало того, успевает шепнуть на ухо случайно встреченному приятелю, бывшему капитану Мертцу, что на де Голля готовится покушение. Ведь капитан прежде служил в Алжире в охране контрразведки французской армии и наверняка сочувствует ОАС…
23 июля. Яркий, как на фото из календаря, розовый закат мешается с тьмой. Эрве Монтань, лежа в кювете, всматривается в приближающийся кортеж: первым идет президентский «ситроен», за ним — еще две машины, потом, с промежутком в 25 секунд, — еще два автомобиля, один из которых оборудован радиотелефоном. Над кортежем следует вертолет.
Эрве оглядывается на кучу песка. Утром, в рассветной мгле, он и Бельвизи воткнули в нее неподъемное тело бомбы и слегка присыпали. Сейчас как ахнет!.. Монтань впивается взглядом в головную машину кортежа. Сейчас… сейчас… сейчас…
Но он не знает главного: бомба уже обезврежена. Проводка работает, все исправно, но сам детонатор упрятан в стальную капсулу — в ней-то искра и заглохнет. Капитан Мертц не удержал тайну, рассказал все своим бывшим коллегам из контрразведки. А секретная служба решила не мешать операции. Теперь, когда бомба не представляла опасности для главы государства и сопровождающих лиц, заговорщикам можно было дать свободу действий.
За день до того таинственный Жермен предупредил, что завтра президентский кортеж поедет по шоссе №15 в направлении Коломбэ — загородного имения де Голля. Электрическая батарея установлена в кустах, откуда к бомбе подведен провод. Накануне же вечером Монтань устраивает последнюю репетицию. Если система работает нормально, то после того как Вильманди нажмет рычаг, на устройстве должна загореться контрольная лампочка. Лампочка загорелась.
И вот время «Ч»: 21.43… Де ла Прад, еще один участник заговора, замечает вдали огни фар и подает сигнал. По сведениям Жермена, президент едет в головной машине. Вот в поле зрения заговорщиков появляется крыша черного «ситроена». Вильманди с полным хладнокровием нажимает рычаг подрывного устройства…
В наступивших сумерках подполковник Тессер, адъютант президента, пытался читать плакаты, что крестьяне вывесили вдоль шоссе между Пон-сюр-Сен и Крансэ: «Увеличьте закупочные цены на молоко!», «Шарль, раскошеливайся!». Адъютант улыбается. Генерал де Голль, сидящий, как обычно, на заднем сиденье «ситроена», делает вид, что ничего не замечает. Президентский кортеж двигается со скоростью 110 километров в час в направлении Коломбэ. На часах было ровно 21.45, когда подполковник Тессер слышит «сухой и резкий взрыв, похожий на удар реактивного самолета, преодолевающего звуковой барьер». И в тот же миг его ослепляет столб пламени. Шофер генерала, старшина жандармерии Франсис Марру, сбавляет скорость: песок, хлестнув по ветровому стеклу, закрыл видимость. Адъютант поворачивается и убеждается, что генерал и мадам де Голль невредимы. Сквозь заднее стекло он видит оранжевое пламя, взметнувшееся выше деревьев. В голове мелькнуло: «Смесь бензина и взрывчатки». Потом: «Взорвалась вторая машина». А в «ситроене» сопровождения комиссар Дюкре, ответственный за передвижения президента, увидев пламя, прошептал: «Они убили его…». Единственный, кто обошелся без лишних мыслей и слов, — Франсис Марру, водитель головной машины: это не входит в обязанности старшины. Он просто давит на газ и рулит…
В пяти километрах от места происшествия адъютант велит шоферу остановиться. Несколько минут спустя подъехала машина с охраной. Обмен впечатлениями, взаимные поздравления. Что же произошло? Специалисты антиоасовской бригады действительно обезвредили бомбу. Но они не знали, что электрик диверсионной группы Рувьер накануне покушения, то есть уже после «обработки» снаряда, «от себя лично» добавил еще и канистру с напалмом. По идее, стена огня должна была отрезать президентскую машину от сопровождения…
Первым взяли Вильманди. Перед покушением он спрятал машину в овраге, а затем попросил случайно встретившегося крестьянина помочь выкатить ее. Затем он проехал мимо кучи песка, чтобы посмотреть на результат своей работы. Крестьянин тут же указал на него жандарму: «Вот этому господину я помогал выбраться». Наутро после ареста Вильманди попросил бумагу и с детским старанием выписал имена всех исполнителей. Единственный, кого он не знал, был Жермен…
…И попытка последняя. 1 июля 1962 года руководители ОАС покинули Алжир и нашли убежище в Испании. Осенью того же года Сюзини приезжает в Болонью. Это самый молодой, самый умный и самый опасный из оасовских шефов. По сути, он был основным организатором тайных акций. Сюзини понимал: у явных убийц президента останется немного шансов на политическую карьеру. Он решил держаться в тени, предоставив свободу действий своему подручному Андре Росфельдеру, жившему в Риме. В римском же пригороде и обсудили вариант с бомбой: ее следовало спрятать в таком месте, куда непременно явится президент. Что это за место? Его еще нужно было определить… И еще: взрыв производить надо с дистанционного устройства. Росфельдер как раз сконструировал такое — в футляре от фотоаппарата. Не подкопаешься! Неудобство одно: у передатчика малый радиус действия, всего 300 м.
Наконец, осведомитель сообщает: де Голль собирается посетить памятные места на юго-востоке Франции. В частности, он будет присутствовать на открытии мавзолея погибшим солдатам на горе Фарон 15 августа 1964 года. Акцию решено провести там. В Италию летят фотографии места. Сюзини назначает ответственным за операцию Жиля Бюшья, одного из самых «крепких парней» ОАС. Ему поручено перебраться на юг Франции с передатчиком и 30 кг взрывчатки. Привести бомбу в действие должна пара участников заговора, которая будет изображать влюбленных. Когда генерал де Голль подойдет к ступеням мавзолея, мужчина щелкнет «фотоаппаратом»; после этого у него будет не больше десяти секунд, чтобы скрыться за стенами закусочной, иначе он окажется в зоне действия взрыва. Итак, кто годится на роль «влюбленного»?
Июнь 1964 года. Швейцария, город Валлорб. Из ресторанчика на площади Свободы выходит Самюэль Леман. Сейчас он швейцарский подданный, но в свое время состоял как в Иностранном легионе, так и в ОАС — и все под началом Бюшья. Теперь же с удивлением видит: через площадь его бывший шеф движется ему навстречу.
— Ты нам нужен, — коротко говорит Бюшья. — Мы возвращаемся во Францию, сейчас мой шеф — Сюзини. Мы там задумали кое-что.
У Лемана нет желания вновь выходить на тропу войны, но Бюшья говорит: «Что ж, в таком случае ты знаешь, что тебя ждет». А Леману слишком хорошо знакомы методы ОАС.
Бюшья же нужен специалист, и именно поэтому он вспомнил о своем бывшем подчиненном. Он привез для Лемана фальшивый паспорт на имя Поля Ларди. Под этим именем он везет бывшего легионера на Лазурный берег, и вдвоем они осматривают мемориальный комплекс на горе Фарон. Затем вылетают в Рим: Леману надлежит встретиться с Росфельдером.
Леман лихорадочно ищет выход из создавшегося положения. Во время прогулки по итальянской столице он вдруг встречает Филиппа де Массе, бывшего члена ОАС, который теперь выполняет задания французской секретной службы. Леман рассказывает ему о готовящемся покушении на горе Фарон. Филипп де Массе назначает ему встречу на следующий день с вальяжным американцем с повадками «большого босса». В действительности это француз, работник секретной службы, который сразу берет быка за рога.
— Послушай, Леман, — говорит он, — покушение не должно состояться ни в коем случае. Что ты хочешь за то, чтобы держать нас в курсе и попытаться обезвредить бомбу?
— У меня финансовые проблемы, — скромно начинает Леман.
— Хорошо. Я буду давать тебе по двести пятьдесят долларов в неделю. Ты сможешь получать их по четвергам в этом кафе. А вот тысяча долларов наличными. Если уедешь из Рима, то сможешь найти меня в Марселе, в кафе «Стрекоза». Спросишь мистера Вилли.
…Наконец, Бюшья дает сигнал: пора отправляться во Францию. В ночь с 26 на 27 июля Бюшья и Леман исследуют ступени мавзолея. Леман говорит, что заложить мину некуда. И тут ему приходит в голову мысль спустить ее в одну из монументальных ваз, стоящих справа и слева от лестницы.
Он приступает к делу. За спиной его тяжело дышит Бюшья с пистолетом в руке. Слышатся голоса охраны… Леман вытаскивает из вазы землю вместе с растениями и раскладывает ее на брезенте. Бюшья по очереди передает ему части заряда — 25 килограммов взрывчатки; сверху Леман укрепляет консервную банку с приемным устройством. В момент, когда Бюшья протягивает ему сверток, Леман шепчет: «Осторожнее, может рвануть».
Это ложь. Но Бюшья прижимается к земле. Леман только того и ждет. Быстрым движением, вместо того, чтобы вставить детонаторы, он рассовывает их по карманам... Все!
Бюшья и Леман возвращаются в Рим. Леман ждет роковой день 15 августа: он не сомневается, что Бюшья пристрелит его, когда узнает, что бомба разряжена. Тем не менее Леман регулярно является за своим еженедельным гонораром. 15 августа, в день церемонии, Леман ждет в маленькой квартирке вестей. С ним Бюшья и двое тело-хранителей. Начиная с четырех часов дня Бюшья нервно звонит по телефону. Время идет, вот уже начало темнеть, а вестей по-прежнему никаких. Для Лемана наступает самая тревожная ночь в его жизни.
В 5 утра Бюшья подходит к его дивану со словами:
— Ну, сегодня твой праздник!
«Все. Сейчас он убьет меня», — мелькнуло в голове Лемана. Но, к его вящему удивлению, Бюшья откупоривает бутылку шампанского.
— Сорвалось, — объясняет он. — Но мы здесь ни при чем. Пара не смогла подойти к мавзолею — полиция никого не подпускала.
Леман избежал верной смерти. И генерал де Голль — тоже!
Вскоре Бюшья и его группа были «по-тихому» арестованы в Ницце. Леман отработал свои доллары. То была последняя попытка покушения на президента. Кстати, убить его собирались не только с помощью взрыва, но и более ковбойскими, дерзкими способами. Но об этом как-нибудь в другой раз…

Вадим ЕЛФИМОВ