ЗВЕЗДА ЛЮДМИЛЫ КАСАТКИНОЙ

Болью в сердце отозвалась весть о смерти народной артистки СССР, заслуженного деятеля культуры Польши Людмилы Касаткиной. Людмила Ивановна всего на 10 дней пережила своего мужа, народного артиста СССР Сергея Колосова — они прожили вместе 62 года. Дебют в фильме «Укротительница тигров» принес актрисе огромную популярность. Всего в кино Касаткина сыграла около 30 ролей, но каждая вошла в золотой фонд советского кинематографа. Вспомним фильмы «Душечка», «Вызываем огонь на себя», «Операция «Трест»... Одной из звезд созвездия Тельца присвоено имя Людмилы Касаткиной.
Мне повезло много раз общаться с Людмилой Ивановной Касаткиной. Я бывал у нее дома, на праздники звонил ей, чтобы поздравить. Она была удивительно простой, интеллигентной, доброжелательной. Я мечтал организовать в Минске ее творческий вечер, но из-за болезни артистки он несколько раз переносился... Общение с великой актрисой останется навсегда в моем сердце.
— Людмила Ивановна, вспомните свое детство, кем вы мечтали стать?
— Мои ранние годы жизни прошли в деревне Володарское на Смоленщине. Сколько себя помню, я всегда стремилась к чему-то возвышенному. Помню, однажды, когда еще была маленькой девочкой, попросила деда, чтобы он взял меня с собой в город. И вот, гуляя по улицам, увидела мужчину с телескопом, который предлагал за 10 копеек посмотреть на звездное небо. Я долго уговаривала деда, чтобы он дал мне деньги, — очень хотелось посмотреть на звезды. То, что я увидела звезды в телескоп, было самым ярким воспоминанием моего детства.
Когда семью раскулачили, моим родителям в поисках работы пришлось перебраться в Москву. Жили мы очень бедно, в подвальном помещении, голодали, но атмосфера в семье была очень хорошая. В 5 классе я попала в хореографическую студию и очень сильно увлеклась балетом. У меня были успехи, и, возможно, я бы стала балериной, если бы не серьезная травма. Но так как без сцены я уже себя не представляла, то появилось увлечение театром. После школы поступила в ГИТИС, а после его окончания меня пригласили в Центральный театр Советской армии, где я проработала всю жизнь.
— Ваш земляк — Юрий Никулин. Вы дружили с ним?
— Когда-то, в первом в моей жизни интервью, я рассказала, что родилась и жила до трех лет, пока родители не перебрались в Москву, в деревне под Вязьмой. Дня через три раздается звонок: «Люда, Люся, Мила или как там тебя? Это тебе звонит клоун Юрий Никулин. Как здорово, что мы с тобой земляки, я ведь родом из соседнего села! Таня, моя жена, достала селедку иваси, мы ее разделали. Вари картошку, сейчас приедем в гости». До последних дней мы дружили с Юрием Никулиным. Он был удивительным, добрейшим человеком. Скольким бездомным циркачам он помог! И не случайно великолепный памятник ему на Новодевичьем кладбище был сооружен на деньги, собранные в основном цирковыми артистами. Кстати, Юра, как и все мои друзья, знал мой секрет — мне категорически нельзя есть черную икру!
— Почему?
— Во время войны отец был на фронте, а мы с мамой и братом жили в Москве. Раз в месяц по карточкам — одна взрослая и две детские — давали мясо. Стоять в очереди приходилось всю ночь. Мы с братом подменяли маму, ведь она и работала, и ездила на лесозаготовки. И вот однажды, когда мы достоялись, выяснилось, что перед нами мясо кончилось. В нашу кастрюлю навалили черной икры. Придя домой усталые и голодные, мы с братом набросились на икру и…очнулись только в больничной палате. Нас еле спасли. С тех пор у меня к черной икре идиосинкразия — я ее не переношу. Не раз говорила своему мужу: «Сергей, тебе крупно повезло, твоя жена никогда в жизни не попросит черной икры».
— Свой счастливый билет в кино вы вытянули в 1954 году, когда попали на главную роль Леночки Воронцовой в картине «Укротительница тигров». Не страшно было входить в клетку к хищникам?
— Когда со мной подписывали договор, там ни слова не было о тиграх. Я играла укротительницу в «жизни», а Маргарита Назарова, ассистентка дрессировщика Бориса Эдера, снималась с тиграми. Назарова была со мной одного роста, и когда мы надевали один и тот же костюм, со спины не отличишь. Мы отработали восемь месяцев, но когда режиссер посмотрел отснятый материал, то увидел: в сценах со зверями — укротительница спиной, а моего лица нет. Режиссер вызвал меня к себе и заявил: «Фильм не выйдет на экраны, ляжет на полку, потому что он неубедителен. Картина об укротительнице, а вас там нет. Есть один шанс на спасение фильма — если вы войдете в клетку». Я попросила разрешения съездить в Москву к родителям, так как съемки шли в Ленинграде. А перед глазами стоял ужасный случай, который произошел за две недели до этого разговора. Муж Маргариты Назаровой — укротитель тигров, высоченный красавец Константиновский — проводил очередную репетицию с группой тигров: отрабатывали прыжки с тумбы на тумбу. Прыгавшая тигрица вырвала у него из руки кнут. И пока дрессировщик отвлекся на мгновение, другой зверь прыгнул ему сзади на спину. Тигрица, чтобы удержаться, выпустила свои огромные когти. Сползая со спины, она «сняла» кожаную куртку вместе с кожей укротителя. Было море крови, Константиновский потерял сознание. Видеть это и давать согласие на съемки перед мордой тигра было безумием, но я согласилась. В Москве родителям, естественно, ничего не сказала, но, как потом вспоминала мама, я никогда не была так внимательна и ласкова с ними, как в те три памятных дня раздумий. А я с ними прощалась навсегда.
— Можете вспомнить тот момент, когда вы вошли в клетку к тиграм?
— Рано утром меня привели на студию. Я старалась не думать о предстоящих съемках. И вот все готово, в руках у меня заостренная палка и шамберьер. Эдер пихает меня в вольер, закрывает дверь. «Наступайте, бейте!» — командует он. Я изо всех сил ударяю тигра. Тигр рычит, поднимается на задние лапы. Приближаюсь настолько, что животное ударом лапы ломает палку, а другой лапой вырывает шамберьер. «Немедленно падайте!» — кричит Эдер. Падаю, тигр перепрыгивает через меня. Я вскакиваю, подбегаю к решетке, где мне должны передать другие палку и кнут. Тигр носится по вольеру и дважды так бьет меня хвостом по сапогам, что я с трудом удерживаюсь на ногах. Конечно, было очень страшно, но я справилась. Вот только как выходила из клетки, не помню. Как только фильм вышел на экраны страны, на следующее утро после премьеры я проснулась знаменитой на весь Союз.
— Следующие яркие роли в кино вы сыграли в фильмах своего мужа Сергея Колосова. А как вы познакомились?
— Сергей, прошедший всю войну и получивший два ранения, увидел меня в театре Советской армии. Увидел, влюбился — и стал моей судьбой, а я стала для него счастливым талисманом. Наш творческий союз оказался очень плодотворным. В фильмах мужа я сыграла свои лучшие роли. Обыватели думают, что Сергей снимал меня по блату, как жену. Но ведь из 13 фильмов я ни одного ему не завалила! Эльдар Рязанов, замечательный режиссер, однажды сказал моему мужу: «Конечно, если бы у меня была такая жена, как у тебя, я бы тоже сделал потрясающие картины». Я не обращаю внимания на злые языки. Когда слышу разговоры, что «Касаткиной повезло, она без ролей не останется, ее муж снимает», во мне рождается еще больший азарт.
— Говорят, что у вас вспыльчивый характер, но в общении с вами я этого не заметил.
— Я очень эмоциональный человек. Иногда вспыхиваю, но если вижу, что муж повернулся спиной и пошел, понимаю, что его чем-то обидела. Тут же бегу за ним и говорю: «Прости меня, родной, я что-то не то сказала. Прости меня, пожалуйста». И Сережа меня прощает, потому что понимает, что я говорю искренне. Когда готовилась к роли в фильме «Укрощение строптивой», долго пыталась понять, почему вдруг дерзкая, строптивая Катарина начинает уступать своему мужу. На ком проверить? Естественно, на муже! И я начала уступать Сергею. Научилась у Шекспира тому, что, оказывается, любовью можно быть укрощенной. Уступать — это прекрасно. Уступать — это не слабость, а великое благо.
— Правда ли, что на съемках фильма «Вызываем огонь на себя» вы едва не погибли?
— Снималась в эпизоде, когда наши самолеты бомбят фашистский аэродром. На экране — хроника, а на земле пиротехники подкладывали взрывчатку. Но никто из них не знал, куда пойдет взрывная волна. А волна пошла прямо под корыто из очень толстой жести. От взрыва корыто разорвало в куски, которые полетели мне в голову. Слава Богу, что меня вовремя рванул за руку осветитель — секунда решала мою судьбу.
— Людмила Ивановна, на своем творческом вечере вы рассказывали, что Президент Беларуси Александр Лукашенко подарил вам кирпич для камина...
— В Беларуси бывала много раз и знаю, что у вас производят очень качественный товар. Каждый раз, бывая с гастролями в Минске, я обязательно что-нибудь покупала. Когда мы с мужем решили сложить камин, я была уверена, что самый лучший кирпич производят в Беларуси. За содействием обратилась к Президенту вашей страны Александру Лукашенко. Он отреагировал оперативно и распорядился отправить нужное количество кирпича, причем совершенно бесплатно. Когда мне в белорусском посольстве в Москве передавали подарок, то сказали: «Нам, белорусам, очень приятно осознавать, что домашний очаг Людмилы Касаткиной будет сложен из белорусского кирпича. В этом символическом подарке Президента Александра Лукашенко — дань любви жителей нашей страны замечательной актрисе». Кирпич был изготовлен на предприятии «Керамика» в городе Витебске, где проходит замечательный фестиваль «Славянский базар».
Я очень люблю Беларусь, она мне духовно близка, ведь я родилась в Смоленской области — на границе с вашей республикой. А еще люблю вашу страну за то, что белорусы — очень трудолюбивая, гордая нация, много выдержавшая на своем историческом пути. У вас замечательная, интеллигентная публика!

Артур МЕХТИЕВ