"Карточка Коржича у меня была неделю". Суд допрашивает прапорщика по громкому делу

Источник материала:

Минский областной суд продолжает рассматривать уголовное дело в отношении сержантов, которые обвиняются в доведении до самоубийства рядового Коржича.

Сегодня перед началом процесса в железную клетку конвоиры завели прапорщика Артура Вирбала. По уголовному делу о гибели рядового Александра Коржича он проходит в качестве свидетеля, по другому — обвиняемый по ч. 1, ч.2 ст. 455 У (Злоупотребление властью). Изначально в отношении него возбудили дело по статье «Мошенничество», затем его переквалифицировали. Сейчас Вирбал дожидается суда в СИЗО 1, в суд он был доставлен по ходатайству потерпевшей Светланы Коржич.

Артуру Вирбалу 25 лет, женат. Первый вопрос, который ему задает потерпевшая, как банковская карточка сына попала к прапорщику.

— Это было 10−12 июля 2017 года. Спросил у Барановского (обвиняемого — Прим.TUT.BY), кто может одолжить денег, он привел Коржича. Ваш сын еще сказал: «Заодно мне снимите». В тот же день пошел в «Евроопт», купил необходимые мне продукты. Потом шел через банкомат и снял 10 рублей, — рассказывает прапорщик Артур Вирбал. — Карточка Коржича находилась у меня неделю.

По словам свидетеля, он вернул ее рядовому до своего отпуска. А когда вернулся в часть, встретился с Коржичем.

— Я спросил, сколько должен. Саша ответил, что 45 рублей. Я пошел, собрал все свои деньги до копейки и отдал, — уточняет Вирбал.

После этих слов Светлана Коржич не раз задает прапорщику вопрос, кто же требовал деньги у ее сына в конце августа. Именно в тот период «ставки возросли» и Александр Коржич просил пересылать по 50 рублей в день.

— Я вернул деньги и больше к нему не обращался, — утверждает Артур Вирбал.

— Как вы относились к Саше? Вы его преследовали? — спрашивает Светлана Коржич.

— Я служил в Вооруженных силах, со сослуживцами у меня складывались дружеские отношения, старался им помочь, никого не преследовал. Мне стыдно, что влез в это дело. Не думал, что будут такие последствия. Извините, если причинил вам финансовые проблемы. Я человек простой, — обратился к Светлане Коржич прапорщик.

Он утверждает, никогда не видел, чтобы обвиняемые, Евгений Барановский, Антон Вяжевич, Егор Скуратович, били солдат и издевались над ними.

— Мне стыдно, но я не сделал ничего криминального. Совершил ошибку, а обернулось вот так, — громко из клетки говорит Артур Вирбал.

Артур Вирбал заявляет: ничего не знал о том, что сержанты требовали у рядовых деньги, продукты, установили таксу за право пользованием неуставными мобильными телефонами.

— Солдатам задавались эти вопросы, но они молчали. Все начали говорить после того, как произошло ЧП, — отмечает прапорщик.

Напомним, в четверг, 30 августа, по ходатайству Светланы Коржич в суд вызвали психолога воинской части Наталью Петраскову. Она дважды беседовала с Александром незадолго до его гибели и пришла к выводу, что он не находился в глубокой депрессии.

— У рядового были выявлены рассеянность, нарушение сна, отсутствие аппетита, — рассказывала Наталья Петраскова.

По словам специалиста, они беседовали на личные темы, про неуставные отношения рядовой ничего не говорил, жаловался на боли в груди, отмечал, что его не так лечат. Тем не менее, психолог предложила Коржичу съездить на прием к психиатру. Солдата принимала психиатр военного госпиталя Нина Бубенчик и поставила диагноз «здоров». На просьбу прокомментировать способ самоубийства Александра Коржича, медик высказала личное мнение, которое озвучивала в СК.

— Я сказала, что слишком усложненный суицид. По словам следователя, Коржич расстегнул китель, снял майку, застегнул китель, завязал шнурки и надел на голову майку. Для того, чтобы повеситься, слишком много действий, — говорила в суде психиатр.

В материалах уголовного дела указано: дважды в темном подвале проводился следственный эксперимент с двумя разными статистами. Вывод один — Коржич мог таким образом свести счеты жизнью, подсвечивая помещение зажигалкой, в тот период лампочка в подвале медроты перегорела.

— Я с этим не согласна. Пусть мне продемонстрируют, как такое можно было сделать! — заявляет в суде потерпевшая Светлана Коржич, мама погибшего рядового. — И откуда у сына многочисленные следы от иголок на голове и следы на руках? Такое чувство, что они были связаны.

Напомним, тело Александра Коржича с майкой на голове и с ботинками, связанными шнурками, было найдено 3 октября 2017 года. Мама рядового почти год настаивает на версии убийства сына.

На скамье подсудимых трое сержантов: Евгений Барановский, Егор Скуратович, Антон Вяжевич. Им вменяют ч. 3 ст. 455 УК (Злоупотребление властью, повлекшее тяжкие последствия), ч. 1, 2 ст. 430 (Получение взятки), Барановскому еще и ч. 1 ст. 205 (Кража). Максимальный срок — 12 лет лишения свободы.