Владимир Самсонов: есть вещи поважнее спорта

Источник материала:

Владимир Самсонов: есть вещи поважнее спорта

Он улыбчив и доброжелателен, не выпячивает своих заслуг и не позволяет себе отмахнуться от болельщика, попросившего автограф, или журналиста, желающего взять интервью. Вот и нынче, приехав в родной город всего на один день, звезда мирового настольного тенниса Владимир САМСОНОВ почти час уделил общению с корреспондентом «СП».

— Легок ли я на подъем? Наверное, да. А вот склонности к авантюрным поступкам, всевозможным розыгрышам, у меня нет. Нельзя меня назвать и человеком настроения. Все стараюсь делать основательно, серьезно, со смыслом.

— Совсем скоро любимый всеми праздник — Новый год. Как обычно его отмечаете? Какие традиции сложились в вашей семье?

— Придерживаюсь мнения, что этот праздник — семейный, потому предпочитаю встречать его в кругу близких людей в спокойной обстановке. Так было всегда, потому не могу сказать, что какой-то Новый год особенно запомнился.

— Сейчас вы живете в Бельгии. Есть ли время на что-либо, кроме тренировок и соревнований?

— Естественно, настольный теннис занимает львиную долю времени: сборы, турниры. Как такового хобби у меня нет. А все свободное время стараюсь проводить с семьей — с женой и сыном, которому четыре года и четыре месяца. Даже не обязательно куда-то ехать или идти, нам нравится просто спокойно посидеть дома всем вместе. Вот несколько дней назад участвовал в турнире в Париже. После его окончания можно было бы там остаться, но такой вариант не рассматривался — скорее домой.

— Жена и сын ездят с вами на турниры?

— Стараемся расставаться как можно реже. Но когда отправляюсь на самые важные соревнования, супруга предпочитает остаться дома, говорит, тяжело находиться на трибуне в постоянном напряжении. Сын пока, естественно, мало интересуется моими успехами. Он знает, что я иду играть, и спрашивает, подарят ли мне подарок. В своем юном возрасте он уже много где побывал, привык к переездам, отелям.

— Ракетку в руки ему еще не давали?

— Он может несколько минут поиграть с мячом и ракеткой, но пока у него другие интересы и устремления. Что касается его возможного спортивного будущего, если сын сам решит, отговаривать не буду, главное, чтобы ему нравилось то, чем будет заниматься. Вообще, мы с женой вовсе не против такой стези. Я бы советовал всем родителям прививать детям любовь к спорту.

Что касается сына, вижу в нем спортивные задатки. И совсем не обязательно делать ставку на настольный теннис. Мне кажется, для нашего вида он будет слишком высоким. К тому же, если станет заниматься им профессионально, ему придется нелегко — волей-неволей его будут сравнивать со мной. Так что посмотрим, какой вид ему понравится, тогда и сделаем выбор.

— Вы говорите, сын будет высокорослым. Но вы же и сами не маленький — 190. Вам бы в пару к Максиму Мирному…

— Сейчас уже поздно. А большой рост в чем-то помогает, а в чем-то мешает.

— Когда вы были ребенком, настольный теннис выбрали сами или родители?

— Сначала мама хотела, чтобы я занимался шахматами. В настольный теннис играли с папой: помните, были такие клубы при ЖЭКах. Потом родители привели в секцию в «Спартаке», но там оставался недолго, перешел во Дворец тенниса. Тогда мне не исполнилось и семи лет. Долгое время ростом не выделялся среди сверстников, а «вымахал» лет в 14 — 15.

— В спорте вы уже много лет. Не возникало желания все бросить?

— Такой порыв обычно возникает после крупной неудачи, но это скорее сиюминутное явление. В последнее время, наоборот, есть стремление работать еще больше.

— Могли бы представить себя на ином поприще?

— Настольный теннис — это вся моя жизнь, потому даже и не знаю, кем мог бы стать. Скорее всего, все равно был бы спортсменом — этот вид деятельности мне наиболее близок.

— Вам еще рано задумываться об окончании карьеры, но все же, в будущем видите ли себя тренером?

— Труд наставника очень нелегок, ведь наблюдать за поединком со стороны куда тяжелее, чем играть самому. В любом случае, хотел бы остаться в настольном теннисе, правда, пока не определил, в какой роли. Думаю, время для выбора еще будет: нашим видом можно заниматься, играть на высоком уровне и находиться в мировой элите лет до 38, а то и дольше.

— Вы упомянули о мировой элите. В настольном теннисе тон задают китайцы. Возможно ли европейцам в обозримом будущем не просто обыгрывать их от случая к случаю, а потеснить с небосклона?

— Думаю, сделать это будет очень непросто. Они заметно оторвались за счет всей системы подготовки. Настольный теннис у них — один из самых популярных видов спорта: много элитных игроков, талантливых юниоров, богатые традиции.

Схожая система практиковалась в бывшем СССР – все тренировались вместе, постоянные сборы, соревнования. В Европе же есть отдельные игроки, но нельзя сказать, что какая-то страна доминирует. Интересно, что если мужчины из Старого Света еще могут что-то противопоставить азиатам, то у женщин — настоящая азиатская экспансия. Почему так происходит? Там представительницы слабого пола тренируются с мужчинами, у них чисто мужская игра. За счет этого они и переигрывают европеек.

— Сам настольный теннис год от года меняется?

— И очень сильно. После того как изменили размеры мячей, стало нужно обязательно играть как можно мощнее, интенсивнее, на передний план выходит не тактика, а тренированность. С пассивной игрой сложно выиграть у сильного спортсмена. И это также на руку китайцам.

— А как тренируется Владимир Самсонов? Есть ли кардинальные отличия в вашей подготовке в Беларуси и Бельгии?

— Думаю, тренировочный процесс примерно одинаков. Все зависит от того, сколько времени остается до ближайшего турнира. В среднем на настольный теннис уходит 4 — 5 часов в день плюс физподготовка.

— Физическая форма для вашего вида очень важна?

— Она всегда была не на последнем месте, а сейчас из-за изменений, о которых уже упоминал, вышла чуть ли не на передний план. Необходимы мощь, быстрота движений. Кроме того, в календаре появилось куда больше турниров, чем раньше. Скорее всего, чемпионат Европы будет проходить каждый год. Потому на протяжении многих месяцев нужно находиться на пике формы, готовым играть важные турниры. Мы уже почти как коллеги-теннисисты, которые выступают чуть ли не каждую неделю.

— Предусмотрены ли штрафные санкции, если игрок был заявлен на турнир, а потом не приехал?

— Насколько я знаю, если отказался уже после жеребьевки, то теряешь очки, как проигравший в первом круге. Финансовых штрафов у нас пока нет. Естественно, когда есть подтвержденная врачами травма, наказание не последует.

А вообще у нас, в отличие от многих других видов спорта, матчи проходят спокойно, без криков, швыряния ракетки и оскорблений в адрес судей.

— В нынешнем сезоне вам вручили приз МОКа «Спорт и честная игра». Награда стала для вас неожиданностью?

— Естественно, тогда, в пылу борьбы, принимая решение вернуть сопернику очки, меньше всего думал о призе, тем более, о существовании награды и вовсе не догадывался. Потому было приятно вдвойне.

В принципе, в нашем виде и для меня лично такие эпизоды — не редкость. Не так давно в финале чемпионата Германии в решающем сете при счете 6:6 соперник после ошибки арбитра вернул очко. Конечно, не хочется, чтобы вообще возникали подобные ситуации, когда нужно решать, позволит ли тебе совесть признаться в том, что мяч был правильный, а судья ошибся в твою пользу.

— Возможна ли в большом спорте дружба между атлетами?

— Думаю, да, ведь настольный теннис — это далеко не весь мир, есть вещи поважнее.

— Вам проще играть в личных соревнованиях или за команду?

— За себя легче, тогда и поражения не воспринимаются столь болезненно. Когда выступаю за команду, чувствую дополнительную ответственность, понимаю, что мое поражение, скорее всего, приведет к осечке всего коллектива. А если матч проходит дома, собирается много зрителей, тебя активно поддерживают, стараешься сыграть как можно лучше, но не всегда это удается.

— В этой связи видите ли среди нынешних наших юниоров тех, кто со временем сможет составить вам достойную компанию?

— Думаю, такие есть. Вообще, в настольном теннисе может стать мастером практически любой, нужно только много работать в хороших условиях. Игроков у нас хватает, тренеры квалифицированные. С чем проблемы, так это со специальным залом.

Помню, в Германии проводились исследования разных видов спорта, чтобы определить, насколько успех в каждом из них зависит от таланта, насколько — от работоспособности. Настольный теннис оказался среди тех, где в огромной степени имеет значение тренированность.

— Сезон-2005 завершен. Как бы вы оценили его итоги: что удалось, что не получилось?

— Год для меня был довольно успешным. Выиграл чемпионат Европы, причем в третий раз, трижды добивался успеха на турнирах Pro tour. Конечно, были и досадные осечки. Максималист ли я? Разумеется, отправляясь на очередные соревнования, думаю о победе. Несмотря на долгие годы, проведенные в спорте, остается огромное желание работать, выигрывать, добраться до самой вершины. Хочется добиться успеха на значительных соревнованиях: чемпионате мира, Олимпиаде. Это не просто мечты, а ближайшие цели.

— В олимпийском Пекине соперники будут те же, что и сейчас?

— Думаю, да. Времени осталось совсем немного. Теоретически, конечно, могут появиться молодые игроки. Но нужно учитывать то, что на Играх вправе выступить всего по три теннисиста из одной страны. И в этом плане на главных стартах четырехлетия выступать легче, по крайней мере, знаешь, что китайцев окажется всего трое, в то время как на чемпионате мира их человек 6 — 7.

— В ваших ближайших планах отдых или уже подготовка к новому сезону?

— Зимой не очень-то удается отдохнуть. Вот сейчас отправляюсь в Китай в составе сборной мира, которая померится силами с местной дружиной (поединки прошли в минувшие выходные. — Прим. «СП»). В начале января — игры за клуб, а там уже и первые старты международного календаря нового сезона. Так что отпуск удается «урвать» летом. Стараемся всей семьей выбираться к морю. В нынешнем году были в Черногории.

— За годы карьеры вы побывали на всех континентах, но, наверняка, если и оставалось время любоваться красотами, то в основном из окон автобусов. Есть ли желание посетить какие-то места просто как туристу?

— Пока к этому не пришел. Большая часть жизни проходит в перелетах, переездах, потому отдых предпочитаю пассивный, к тому же, чтобы все было близко.