«Лез в шахту и не знал, что ждет внизу...»

Источник материала:

Алексею   Мельнику приходилось   доставать людей   из   колодцев, отлавливать   змей   и освобождать   водителей   из плена   собственных   авто  

На простые вызовы они не выезжают. Такая работа – быть там, где ситуация вышла из-под контроля. Где нередко бессильны помочь даже профессионалы. Вообще, экипаж аварийно-спасательного автомобиля («АСА») трудно чем-то удивить. Парни в спасательных боевках видели несчастье в самых неожиданных его проявлениях.   

— В кунге спецавтомобиля есть все: от «куба жизни», домкратов и гидравлических разжимов до альпинистского снаряжения и дымососа. Никогда не знаешь, куда придется ехать и кому помогать: «АСА» ведь на весь город один, — рассказывает Алексей Мельник, мастер-спасатель ПАСЧ-12 Партизанского РОЧС столицы. – После автоцистерны, на которой я работал во Фрунзенском РОЧС до 2002-го, пришлось многому учиться. Сейчас, после четырех лет практики, могу скромно сказать: умею все и даже немножко больше.  

 Самоубийц с балконов снимал. Водителей из превратившихся в гармошку автомобилей «вырубал», ЧП с бензовозами ликвидировал. Змей и обезьян из зоопарка отлавливал, бешеных собак  укрощал. Что еще? Еще – десятки случаев, когда рабочие проваливались в шахты, воздуховоды, колодцы и лестничные пролеты. Каждый раз – риск. Каждый раз — новая, не похожая на предыдущие операция спасения. 

— Недавний случай на улице Захарова. Стройка блочной многоэтажки под офисы. Разнорабочий сорвался с пятого этажа и упал в шахту лифта. Зайти из цоколя нельзя, надеваю альпинистское снаряжение и спускаюсь к нему сверху на тросах, — вспоминает Алексей. – Лез в шахту и не знал, что ждет внизу: живой или… Нет, слава богу, в сознании: говорит, руки и ноги чувствует. Но вот голова — одна сплошная гематома, распухла и стала огромной, как баскетбольный мяч. Срочно нужна медицинская помощь, а шахта очень узкая. Как потом поднять пострадавшего? 

Выход нашел быстро. Положил строителя на носилки с жестким каркасом, зафиксировал в трех местах и дал команду, чтобы вытягивали сверху. Угол подъема – 40 градусов, сам – на подстраховке снизу. Вся операция заняла 10 минут. Врачи. Скорая. Реанимация. Ходить будет.  

— Похожее происшествие – в ангарах по Тростенецкой. Двое рабочих  полезли проверять воздуховод, один из них стал ногой на ветхую конструкцию и камнем полетел с пятого этажа. Парню повезло дважды: не нанизался на арматуру и не сломал себе позвоночник. Но из-за конструктивных особенностей здания доставали мы его почти сорок минут. В два захода, — вспоминает Дмитрий. – ДТП – отдельный разговор. Как правило, нас вызывают, когда спасать уже некого и незачем. Нужно извлечь тела. Покореженные машины режем и разбираем по кускам: внутри, как селедки в банке, — пассажиры. Точнее, то, что от них осталось… Честно скажу, зрелище не для слабонервных. 

Лето – сезон на змей, бешеных псов и рытье колодцев. Первых отлавливают стальной (в форме буквы У) рогаткой на балконах, дачах и в салонах автомобилей. Вторых ловят подсачиками у подъездов и на детских площадках. Владельцев третьих освобождают из плена просевших бетонных колец. Скольких таких умельцев спасли от ампутации кистей, трудно и сосчитать. Что ни неделя – очередной садовод в ловушке: красота дачной застройки, видно, тоже требует жертв.