А еще мы можем разорвать отношения

Источник материала:

А еще мы можем разорвать отношения

Вину за провал интеграционных проектов, торможение строительства Союзного государства Александр Лукашенко возложил на российскую элиту
Это произошло 29 сентября на встрече с российскими провинциальными журналистами, участниками пресс-тура по Беларуси. А. Лукашенко при этом пригрозил разрывом отношений, если Россия значительно увеличит цены на газ. Своеобразный “месседж” в адрес России длился около четырех часов.
Павлюк БЫКОВСКИЙ
“Увеличение до таких размеров цены на газ — это однозначно разрыв всех отношений”, — заявил А. Лукашенко. Пожалуй, это одно из наиболее важных высказываний белорусского президента на протяжении более чем трехчасовой пресс-конференции.

В основном российским журналистам предлагались для дальнейшей ретрансляции в 48 регионах РФ старые мифы, в частности о якобы пришедших в начале 90-х годов к власти в Беларуси националистах, которые посадили на чемоданы “русских и других” (этот тезис повторялся дважды), и оратор давал понять, что, победив на выборах Вячеслава Кебича, он исправил положение. Беларусь была представлена последним союзником России, причем “если, как это было всегда в истории, грубо говоря, танки пойдут оттуда на Россию, мы умирать будем здесь за Россию. И наш народ к этому должен быть готов”.

“У нас создана совместная белорусско-российская группировка на западном направлении, почти 100% которой составляет белорусская армия. Мы же защищать вас готовы — такова наша политика, — объявил А. Лукашенко. — Когда у вас встали вопросы по Калининградской области, вы в Беларуси увидели проблемы?

А мы же здесь россиян кормим, поим, которых, как собак, гонят из Литвы, если они там вдруг не понравились. Это же наши люди. Чеченцев, которые ехали через Брест в Польшу, выкинули из вагонов. Сотни людей. Мы их приняли, разместили, кормили, поили. Они там рожали и моим именем называли детей".

Впрочем, одновременно с позиционированием Беларуси как союзника ставился вопрос о плате за российские военные объекты и транзит российских грузов через территорию Беларуси, которые в случае увеличения цен на газ должны были компенсировать потери белорусской стороны. Вот это наблюдатели восприняли как элемент торга за газ, так же как и высказывание, что в случае роста цен на него для Беларуси 10 млн. россиян лишатся рабочих мест (МТЗ, БелАЗ и МАЗ перестанут закупать российские комплектующие).

“Ну повысите цены — ну что ж, это наши реалии, постараемся выжить. Но нам предложили знаете какую цену? Больше, чем в Германии. Кто бы мог подумать полвека назад, что вы немцам будете продавать газ дешевле, чем белорусам. Этим все сказано”, — апеллировал А. Лукашенко к солидарности славян.

“Белтрансгаз”
в рассрочку?

Свежо прозвучала тема затянувшейся с 2003 г. продажи “Белтрансгаза”. А. Лукашенко заявил: “Хочу после того, как буду президентом, по земле ходить, а не в тюрьме сидеть”. Поэтому, дескать, белорусская сторона не может принять нынешнее предложение “Газпрома” о продаже “Белтрансгаза”. “Вы же рыночные цены хотите на газ, так купите по рыночной цене эти 50% (акций ОАО ”Белтрансгаз". — П. Б.). Говорят: “Нет, за триста отдавайте” (300 млн. USD. — П. Б.). Но я не могу на это пойти — это тюрьма", — сказал А. Лукашенко.

Президент намекнул, что если будет назначен тендер на продажу 50% акций белорусского газотранспортного предприятия, то оно может быть продано не по “смешной цене, как предлагает ”Газпром", — за 300 млн. USD", “а придут американцы и предложат 2 млрд. USD за эти 50%”. Правда, о том, что тендер все-таки будет назначен, глава государства не говорил, это было лишь рассмотрение гипотетической ситуации, которое должно было, по мнению оратора, заставить российскую сторону стать сговорчивее.

А. Лукашенко предложил России купить “Белтрансгаз” в своеобразную рассрочку, но за 5 млрд. USD, а не за 300 млн. USD. По его словам, не нужно “завтра заплатить 50% стоимости активов предприятия”. Сумму эту можно реструктурировать, можно рассчитаться газом. Наблюдатели, впрочем, сомневаются, что российская сторона клюнет на такую растянутую во времени сделку: Беларусь уже давно обещала создать СП с “Газпромом”, выгоду из своего обещания извлекла, а желание “Газпрома” не удовлетворила — “Белтрансгаз” остался белорусским.

Глава государства вспомнил и о своей старой идее — добиться права на добычу нефти и газа в российских недрах белорусскими силами. И тогда “не американцы, а мы, ваши союзники, будем добывать в России 10 млрд. кубов газа”. Со временем Беларуси понадобится 25 млрд. куб. м, сейчас потребляем 22 млрд. куб. м. “Мы будем добывать и отдадим половину этой собственности. Это нормальное предложение”, — убеждал А. Лукашенко российских журналистов. “Если Россия желает, чтобы Беларусь оставалась зависимой по газовой проблеме, то мы 10 млрд. куб. м добудем, а 12 млрд. купим у ”Газпрома". Мы же не сможем жить без газа", — признал президент.

Ни рубля,
ни референдума

Вокруг цен на газ крутилось основное содержание пресс-конференции А. Лукашенко. Правда, на поставленный в лоб вопрос об итогах прошедшего 26 сентября заседания Совета министров Союзного государства президент Беларуси не ответил, ограничившись словами: “Я думаю, что все равно контракт надо заключать. Поэтому мы к какому-то соглашению придем”. Дескать, премьер-министр еще не докладывал, а мне пока не было никакого дела до цен на газ, оценки “Белтрансгаза”, не говоря уже о собственно строительстве Союзного государства. При этом президент отдельно остановился на теме единого рубля.

А. Лукашенко подчеркнул, что “денежная единица — это фактор суверенитета и независимости государства” и “единая денежная единица — это не значит, что белорусский или российский рубль”. “Прежде чем вводить у себя денежную единицу другого государства, в данном случае российский рубль, я, как глава государства, наша элита, как вы ее называете в России, и народ должны понимать, а что будет вообще, ради чего мы это делаем? — отметил президент Беларуси. — А вообще, что будет и для чего делаем — это прописано в Конституции — должно быть, которую мы должны принять на референдуме. Поэтому мы говорим: давайте принимать Конституцию”.

То есть из слов А. Лукашенко следует, что принятие единого рубля будет возможно только лишь после проведения референдума по Конституционному акту Союзного государства.

Однако, по его словам, “российская элита не хочет союза”. Поэтому она ищет причины, чтобы свалить на Беларусь торможение в строительстве Союзного государства, и упрекает нашу страну “в игре с ценами на газ”.

О союзном референдуме как о чем-то действительно ожидаемом президент Беларуси не говорил. Более того, со ссылкой на предстоящие в России парламентские и президентские выборы А. Лукашенко сказал: “Я очень боюсь, что вот этот период — почти три года — может затормозить принятие серьезных, в определенной степени капитальных решений в отношениях между Беларусью и Россией”.

Бесплодность попыток написать устраивающий Беларусь и Россию проект Конституционного акта А. Лукашенко объяснил тем, что российская сторона предлагает принять на референдуме Конституционный акт, который будет слабее по уровню интеграции, чем это предусмотрено Договором о создании Союзного государства. Белорусский президент обвинил российского коллегу в отказе от соблюдения договора. “Он согласился и признал договор. Что случилось спустя два-три года?” — спрашивает А. Лукашенко.

“Я считаю, предлагают неприемлемые решения для того, чтобы меня обвинить, что ”он не хочет!" — продолжил А. Лукашенко о призывах инкорпорировать Беларусь в состав России. — Да, я не хочу, чтобы я был первым и последним президентом Беларуси. Пусть второй президент возьмет на себя смелость и приведет страну в состав какой-то страны и даже братской России. Не нужно это, и этого никогда не будет. Мы сегодня в состоянии найти решение в рамках союза, а в союзе главный принцип — это равноправие".

“Совсем недавно, когда этот проект (Конституционного акта. — П. Б.) должен был лечь на стол Высшего госсовета двух президентов при одобрении и рекомендации на референдум, тут нам из администрации Российской Федерации пришли исключающие сам Конституционный акт (...) дополнения”, — сказал президент Беларуси. По мнению А. Лукашенко, президент России при строительстве Союзного государства “хочет пройти путь Евросоюза”. “У нас позиция другая. Зачем нам начинать с Ноева потопа, если мы вчера жили в одной стране?” — утверждает А. Лукашенко.

Во-первых, Путин, во-вторых – Беларусь

При этом президент Беларуси отметил, что “мы не пойдем на потерю государственности и не станем частью России”.

“Я часто слышу, что Лукашенко такой-сякой, потому что он не хочет потерять свой пост, независимость, суверенитет и т. д. А я слушаю и думаю: что, Путин хочет потерять свой президентский пост, суверенитет, независимость? Кому это хочется? Видимо, никому”, — делает вывод А. Лукашенко. Российская журналистка переспросила: “Поэтому союза не будет?”. “Нет, вы послушайте, — продолжает белорусский президент. — Выход один: если мы создаем союз — не государство, союз государств, — то и Путин, и Лукашенко остаются на своих постах. Если нам нужны какие-то союзные органы в этом, так есть примеров много, если это Евросоюз, то есть над... Никто ни Шираку сегодня не мешает, ни Меркель, ни английскому Тони Блэру — они руководят своей страной, королева там не страдает от этого. Есть Еврокомиссия, которая занимается, правительство европейское занимается определенными общими вопросами, которые входят в их компетенцию. Если это будет государство, то вы решите, кто будет президентом. Чего ж вы боитесь, что на вашем политическом поле появится кто-то из Беларуси? Не обязательно Лукашенко — у нас умных людей достаточно, умнее есть, чем Лукашенко!”.

По словам президента Беларуси, “вопрос не в амбициях Лукашенко или Путина”. “И Путин, и Лукашенко будут жить без этих должностей, если мы примем решение, но я у вас спрашиваю, что вы хотите? Какое это должно быть государство или союз? Исходя из этого, мы бы тогда и власть делили, но это должно быть справедливо и на принципах равноправия. Если это государство — один президент, значит, вы его должны избирать, вице-президент — вице-президент. Вот и все, если на то пошло, будет принято решение, Лукашенко и Путин, чтобы убрать их амбиции, не должны в этом процессе участвовать, значит, мы должны уйти. Мы не должны избираться. Пусть избираются другие — но это должно быть честно”.

Белорусский лидер отмел возможность проведения референдума по Конституционному акту Союзного государства для сохранения В. Путина у власти вопреки конституционному запрету на занятие одним и тем же лицом поста президента РФ более двух сроков. “Во-первых, Владимир Владимирович четко сказал, что он президентом больше не будет, — уточнил А. Лукашенко. — Что тут обсуждать какие-то амбиции? Нет третьего срока. Во-вторых, я считаю, что Беларусь — не разменная карта под какие-то сроки”.

Операция “Преемник”

Затронули на пресс-конференции вопрос о создании механизма передачи президентской власти в Беларуси, который вытек из вопроса, что будет с Беларусью, когда А. Лукашенко не будет у руля государства:

“На заседании правительства в последний раз, я четко помню, я сказал, что мы создали это государство, мы многое сделали... и вам надо сейчас провести такие мероприятия, чтобы создать такое общество и такую экономику, чтобы, кто бы ни пришел после нас, уже не смогли его сломать. Поэтому меня это беспокоит. А в том плане, что пока я — будет государство, вот такой герой Лукашенко исчезнет — не будет государства, у меня этого нет. Это беда была бы для меня, трагедия. Ну что, работал, работал, ушел — и все развалилось. Зачем такая работа?”.

“Нельзя так строить политику: после меня хоть потоп. Я отвечаю за будущее больше, чем за настоящее, — продолжил А. Лукашенко. — Поэтому после меня должны прийти люди, которые, если я считаю, что я нормально государство создал вместе со своими коллегами, своей командой, значит, мы должны привести к власти таких людей”.

Потом президент исправился: “Мы должны создать условия такие, чтобы к власти пришли те, кто продолжит этот курс”.
Теги: Брест