Любовь – это то, что можно передать

Источник материала:

Три последние спортивные недели, проходившие под знаком знаменитой велосипедной многодневки «Тур де Франс», до предела обострили темы, касающиеся допинга. Как применения запрещенных веществ и способов повышения выносливости организма, так и методов борьбы с этими негативными явлениями.

По большому счету, во всех событиях, их последствиях и подковерных перипетиях и без того много непонятного, а тут еще и приступы говорливости, поразившие отдельных «аналитиков», которые дополнительно, высасывая заключения из собственного пальца, навели тень на ясный день. Так, на одном профильном спортивном телеканале какая-то дама в пределах часового эфира размусоливала свои домыслы на предмет «Большой петли», договорившись до удивительных выводов: дескать, для велоспорта надо расширить зоны фармакологического допуска. То есть, называя вещи своими именами, частично легализировать допинг, ибо иначе качественно проехать «Большую петлю» с ее жесткими маршрутами нереально.

ВОПРОСОВ МНОГО, ОТВЕТОВ — МАЛО

Разумеется, подобный поворот событий нереален ни в какой проекции и ни в каком приближении. Это мысль от лукавого, как с точки зрения морали, так и с практических позиций. Сегодня на борьбу с допингом закладывается огромное финансирование, и расставаться с деньгами, а также с рычагом властного давления на спорт никто не собирается. А ведь если дать задний ход и что-то там «расширить», то и затраты на антидопинговые кампании будет необходимо сокращать, что противоречит нынешнему «политическому» вектору Международного олимпийского комитета.

Ведь не зря президент МОК Жак Рогге следующим образом прокомментировал скандальную эпопею «Тур де Франс» и слухи о возможности скорого исключения велоспорта из программы Игр.

— Этот шаг ни в коем случае не решит вопроса. На все нужно смотреть с точки зрения перспективы. Все, что происходит сейчас в велоспорте, для нас лишь сигнал скорых и добрых перемен, доказательство изменений как в психологии спортсменов, так и функционеров от спорта. Плюс лишнее доказательство того, что система борьбы с допингом работает, и работает отлично.

Такой вот многозначительный пассаж. Его суть кроется в нескольких глобальных моментах. Во-первых, отрицание радикальной позиции, базирующейся на тезисе о том, что без нарушений правил «справедливой игры» невозможно достичь серьезных успехов. Во-вторых, не найдя ничего предосудительного в методах борьбы с допингом на «Тур де Франс», президент МОК фактически легализировал лозунг «Цель оправдывает средства». Следовательно, о таких казавшихся незыблемыми догмах, как, например, невозможность выносить публичное обвинение в адрес оказавшегося под подозрением спортсмена до изучения пробы «В», можно благополучно забыть. В-третьих, при всех скандалах, катаклизмах и ударах по имиджу о вселенской катастрофе в том же велосипедном спорте говорить не приходится. Шоу по-прежнему популярно, а значит, должно и будет продолжаться. Возможно, даже с большим эффектом. Публичным и финансовым.

Именно такие карты сегодня выложены на стол, как бы цинично ни звучала фраза из романа Джона Ле Карре «Война в Зазеркалье», вынесенная в заголовок этих авторских заметок. Да, мы не можем жить без спорта, да, мы любим его всем сердцем, всей душой. Но при этом автоматически закладываем под него мину замедленного действия, взрывающуюся «тротилом» предательств и связанных с ними разочарований. Винокуров, Расмуссен, Майо и так далее и тому подобное. Каждый из них стремился не только к удовлетворению амбиций и повышению собственного благосостояния. Они старались оправдать любовь болельщиков, хозяев команд и спонсоров, которые провоцировали их на те либо иные действия своей… благосклонностью. Замкнутый круг, да и только.

ДЕЛО ПЕТАККИ

Однако оставим в покое уже ушедший в историю «Тур», предоставив испанцам возможность радоваться победе своего нового кумира Контадора, чье имя, кстати, проскальзывало в скандале имени незабвенного доктора Фуэнтеса, на котором погорели многие звезды первой величины. С точки зрения перспективы борьбы с допингом гораздо более интересные и важные события проходили параллельно «Большой петле», хотя и они напрямую связаны с велоспортом. Речь идет о «деле Петакки».

Напомним предысторию вопроса. Знаменитый итальянский спринтер был уличен в применении запрещенного средства — сальбутамола — 23 мая 2007 года, сразу после победного финиша на 13-м этапе другой супермногодневки «Джиро». Впрочем, данный позитивный тест поначалу не расстроил Алессандро, который незамедлительно предоставил оправдательные «ксивы». Эти медицинские документы утверждали, что Петакки отчаянно болеет астмой, а следовательно, имеет все законные основания для регулярного употребления, в том числе и в соревновательном режиме, лекарственного средства, коим и является сальбутамол. Претензии к Петакки мгновенно были сняты.

Именно эта ситуация позволила в те дни «СП» с известной долей ехидства констатировать: селекцию резерва надо вести по-новому. То есть искать не здоровых детей, а, как минимум, потенциальных «астматиков», «диабетиков» и «сердечников», чтобы по поводу всякого сальбутамола и иже с ним не было никаких вопросов. Однако абсурдность ситуации, которая уже давно раздражает во всех видах спорта, связанных со скоростно-силовой выносливостью (один ли Петакки астматик; неужели в других видах нет целых списков серьезно больных, которые нуждаются в лекарственных препаратах?!), достаточно неожиданно обострила инициативность Национального олимпийского комитета Италии. Невзирая на справки и медицинские направления Алессандро, НОК этой страны стал настаивать на дисквалификации спринтера. Всего годичной, но все-таки дисквалификации.

На прошлой неделе уже Итальянская федерация велоспорта не согласилась с этим требованием и вновь оправдала Петакки. Специальная комиссия признала, что Алессандро «не злоупотреблял предоставленным ему правом использовать лекарство для астматиков». В ответ на этот «пас» 33-летний велогонщик, к слову, не допущенный к старту «Тур де Франс», рассыпался в благодарственных реляциях: «Сегодня я одержал одну из самых ярких побед в своей жизни». Возможно, Алессандро и не впал в гиперболизацию случившегося. Только непонятно, одержал ли он эту свою «яркую победу». Ведь НОК Италии собирается опротестовывать решение своей национальной федерации в более высоких инстанциях.

Но давайте прежде всего обратим внимание на новую и весьма иезуитскую формулировку о «незлоупотреблении». Это вообще как и кто определил параметры, «сколько в меру, а сколько чересчур»? Однако это сопутствующая тема. Главное же заключается в том, что «дело Петакки» могло и, хочется верить, еще может создать прецедент, способный нарушить глобальные устои современного спортивного мироустройства, прорвать порочный замкнутый круг двумыслия и двойных стандартов, вывести борьбу с допингом на новый качественный уровень.

Посудите сами. Если все-таки НОК Италии продолжит «преследование» Петакки и добьется его дисквалификации, если НОК Италии позволят сего добиться, то это автоматически выведет за скобки нормативного поля и всех остальных «хворых» атлетов, коим нет числа. И, называя вещи своими именами, это и будет настоящим, а не выдуманным, некоммерческим шагом к подлинному очищению рядов от допинговой заразы.

Сегодня большинство аналитиков на прямой вопрос: «Как же все-таки эффективно остановить девятый вал скандалов и разоблачений?!» — лишь смущенно разводят руками, начиная нечто мямлить об абсолютно отвлеченных материях. Однако если подойти к делу без экивоков, но с «чистым революционным сердцем», то ответ находится быстро. Причем он напрямую вытекает из главного посыла Всемирного антидопингового агентства, по которому вся борьба с применением запрещенных препаратов ведется ради самих спортсменов, ради сохранения их здоровья. Итак, констатируем: помимо Олимпиад есть еще и Паралимпиады, в программу которых давно уже напрашивается ввести состязания для больных астмой и другими серьезными хворями. Действительно, как можно рисковать их здоровьем, позволяя слабым организмам подвергаться сумасшедшим нагрузкам современного спорта высших достижений?!

Безусловно, сей посыл имеет чрезвычайно радикальную подоплеку. Однако, согласитесь, рациональное зерно в нем присутствует. Причем нет никаких сомнений, что автор не открывает Америки. Другое дело, что ни на радикальном уровне, ни на уровне хотя бы взвешенного конформизма ничего не делается! Таким образом бороться с допинговой заразой, по крайней мере до «дела Петакки» не стремились, не хотели и не желали. Почему — вот вопрос дня. И в любом случае именно развитие ситуации с итальянским велоспринтером станет лакмусовой бумажкой во всех «химических процессах», ясно даст понять, кто, как и с чем борется.

НАШИ РЕАЛИИ

Впрочем, это — высокие материи, которые имеют отдаленную перспективу. Сегодня белорусских болельщиков, естественно, гораздо больше волнует факт двухлетней дисквалификации двух отечественных спортсменок — Василисы Марзалюк (борьба) и Татьяны Громыко (тяжелая атлетика). Конечно, у нас появился повод немного посыпать голову пеплом с причитанием о потере двух олимпийских в преломлении уже на Пекин-2008 надежд. Действительно, при должной подготовке и тренировочном усердии, а также благоволении госпожи Фортуны и Василиса, и Татьяна могли бы покорить китайский пьедестал почета в своих супертяжелых весовых категориях. Потенциал девчонок позволял строить оптимистические планы. Но теперь надежды рассыпались, как карточный домик. У обеих позитивные допинг-пробы, у обеих нашли мочегонный препарат — фуросемид.

Причем, к сожалению, никак невозможно было бороться за уменьшение срока дисквалификации, ссылаясь, например, на прецедент российских гимнасток Алины Кабаевой и Ирины Чащиной, которые в свое время за тот же фуросемид получили лишь годичный срок. Специфика борьбы и тяжелой атлетики иная, чем у «художниц», а потому данное запрещенное средство трактуется не в качестве мочегонного препарата, а помогающего очищать организм от куда более «тяжелых» субстанций. Так что препираться по поводу сроков дисквалификации изначально было бесполезно, и белорусская сторона не ошиблась, отказавшись от обреченных на неудачу попыток скостить наказание.

Другое дело — необходимость разобраться, почему все так неудачно вышло. Ведь и Марзалюк, и Громыко клятвенно отрицают факт умышленного применения препарата, и у автора этих слов нет поводов подвергать сомнению их искренность. Та же Василиса — добрый, контактный и открытый человек. Всегда приветливая и располагающая к общению. Дисциплинированная и организованная, любящая борьбу и стремящаяся реализоваться в большом спорте. И в ее случае, и в отношении Татьяны Громыко так и хочется поискать причины наших бед на стороне, чего, кстати, не стесняются делать и многие-многие другие «залетевшие».

Конечно, все это бездоказательно и больше основано на эмоциях, чем на здравом смысле, однако… Примеры Марзалюк и Громыко в любом случае доказывают: борьба за место под олимпийским солнцем Пекина уже началась. Причем не сегодня и не вчера, а позавчера. И это не пресловутая «паранойя», не перевертыш сознания и не попытка сбагрить вину с больной головы на здоровую. Можно бесконечно иронизировать на тему «врагов» и «провокаций», но все последние события на допинговом фронте доказывают: если на нем и происходят перемены, то только в худшую сторону. Ибо на пути к достижению какой-то «цели» никто не выбирает средств. Ни те, кто борется, ни те, кто применяет, ни те, кто старается подставить реальных и даже гипотетических конкурентов.

Поэтому сейчас каждому белорусскому олимпийцу необходимо ввести в свою повседневную жизнь элемент повышенной бдительности. Научиться дуть на воду, чтобы не дай Бог не обжечься на молоке.

И это обязательно! И не надо стесняться быть подозрительным. В конце концов это предпочтительнее, чем стать жертвой провокации.