Ирина Крикунова: «Мне неведомо Чувство страха…»

Источник материала:

Белгосфилармония подарила любителям классического вокала редчайшую возможность услышать концертный вариант оперы Джакомо Пуччини «Тоска» в исполнении зарубежных и отечественных солистов, Государственного академического симфонического оркестра Беларуси и Государственной академической хоровой капеллы имени Г. Ширмы. В образе Флории Тоски предстала известная россиянка Ирина Крикунова

В отличие от партнеров по сцене Кармино Монако (Италия) и Марио Диаза (Германия), впервые приехавших в Минск, Ирина Крикунова в белорусской столице - гость частый. После ее блестящего дебюта на сцене Белгосфилармонии в 2003 году - в концертном исполнении оперы Вагнера «Валькирия» - в нашем городе у певицы появилось немало почитателей. И она отвечает минской публике взаимностью…
- Как можно отказаться выступить с Государственным оркестром Беларуси? - улыбается Ирина. - Когда в Белорусской филармонии я впервые познакомилась с музыкой Вагнера, тем более - в исполнении оркестра под управлением Александра Анисимова, была потрясена. Это коллектив высочайшего класса. С ним мне довелось петь также реквиемы Моцарта и Верди, 14-ю симфонию Шостаковича, «Аиду» Верди - это было огромное удовольствие.
- Ирина, как получилось, что, обладая прекрасным голосом, вы достаточно поздно пришли на оперную сцену?
- Я родилась в поющей семье, но профессиональными артистами родители не были. Отец (он у меня из донских казаков) работал инженером, мать - экономистом. Потрясающие голоса, особенно у мамы. Я тоже пела - с малых лет. Но думала, что так могут все, поэтому даже в голову не приходило сделать пение профессией. К тому же в Ростове-на-Дону на тот момент не было оперного театра - лишь музыкальный, не было и перспектив работы. Я, как и все в семье, с математическим складом ума, с успехом окончила технический вуз. Работала на часовом заводе в конструкторском бюро, потом главным бухгалтером на коммерческом предприятии.
Но спустя пять лет мне стало скучно. Да и, наверное, голос «потребовал выхода». Я стала заниматься с педагогом по вокалу - профессором Александрой Беляевой, как говорят, для себя. А через полгода наших занятий она посоветовала мне поступать в консерваторию. На то время у меня уже подрастал сын, я была обеспеченной женщиной. Рискнула...
- Не страшно было вот так взять и круто изменить жизнь?
- Помню, тогда собрала всю семью, которую содержала, и сказала: я решила петь, будем теперь голодать… Сын ответил: ничего, потерпим. А если серьезно, у меня был запас средств, чтобы продержаться какое-то время. Думаю, во мне живет здоровый авантюризм. Решив поступить в консерваторию, я не думала о последствиях, не мечтала о славе, деньгах. Наверное, это была ставка на любимое дело. Вообще, не помню, чтобы в жизни испытывала чувство страха. Мне просто некогда бояться. Сын просит: не ходи поздно вечером одна, давай я тебя встречу. Отшучиваюсь: если меня убьют, я просто этого не замечу…
- Помните свою первую роль?
- В Ростовском театре начала работать, будучи студенткой четвертого курса. Сразу повезло: мне дали партию Недды в опере «Паяцы» Леонкавалло. Для начинающей певицы это просто подарок. Здесь есть все: драма, комедия, богатый вокал… Потом была Марфа в «Царской невесте», Татьяна в «Евгении Онегине», Чио-Чио-сан в «Мадам Баттерфляй»…

У любви, как у пташки, крылья…
- В опере на сцене бушуют страсти. Как по-вашему: чтобы создать достоверный образ, певице нужно обязательно пережить эти чувства в жизни?
- Чтобы умереть на сцене, обязательно ли умирать по-настоящему? (Улыбается.) Думаю, все чувства можно вообразить - это и есть профессионализм. Тем более и напрягаться особо не надо: композитор сделал все за тебя. Важно в принципе быть неравнодушным человеком, восприимчивым к музыке. По-моему, это более мощная энергия, чем слово.
- И все же, зрелая женщина наверняка более полно, чем юная, может передать все оттенки любви, ревности, ненависти…
- А я до сих пор себя чувствую молоденькой девушкой! (Смеется.) И если пою Татьяну из «Евгения Онегина», то никогда не отягощаю этот образ эмоциями зрелой женщины. Любовь - вечно молодое чувство: когда женщина его испытывает, то всегда молодеет…
- Бывает, что ваша трактовка образа отличается от режиссерского видения?
- Да, и в таких случаях я отказываюсь от этой партии. Зачем спорить? Например, так было с «Пиковой дамой». По некоторым моральным и художественным аспектам я не приняла тот образ Лизы, который предложил режиссер.
- А каким вы «нарисовали» себе образ Флории Тоски?
- О, это великолепная, даже бенефисная роль - роковой женщины. Не каждый раз у меня бывает возможность на сцене схватиться за нож! (Хохочет.) Да и музыка помогает - страстная, энергичная…

Что такое рулады?
- Подготовка новых партий, спектакли, гастроли - немалая нагрузка. Как справляетесь?
- Вот уже полтора года занимаюсь йогой. Кстати, как только начала это делать, организм отказался от мяса. Кроме того, улучшилась память. Йога очень помогает - дает освобождение телу. А без этого никак: оперное пение - тяжелый физический труд.
- Многие оперные исполнители - люди «в теле», вы же наоборот - стройная. Правда, что внушительный вес необходим для профессии?
- Думаю, это придумали те пев
цы, которым лень заниматься собой. Избыток веса - это всегда тяжеловато. Но соглашусь: оперному певцу сложно поддерживать себя в форме, потому что после спектакля все время хочется отдыхать. Обычно люди могут распределить расход энергии равномерно в течение дня, мы же очень много и сразу отдаем во время спектакля. Возможно, для этого нужен некий запас энергии. Одно знаю точно: голодной петь трудно.
- Есть ли какие-то обязательные продукты в вашем рационе?
- Меню зависит от страны пребывания. Очень люблю свежевыжатый яблочно-морковный сок - он придает сил.
- Какие у вас увлечения помимо музыки?
- Обожаю живопись. Везде, где бываю, стараюсь ходить на выставки, в галереи. У меня много друзей-художников - это очень интересные люди. В Минске побывала на выставке Нико Пиросмани в Национальном художественном музее. Хотя на увлечения время выкраивать сложно - сыну бы уделить внимание.
- Чем он занимается? Пошел по вашим стопам?
- Можно сказать, да. У него потрясающий бас, но певцом быть не хочет - это ведь тяжелая работа. Роме скоро исполнится 20 лет. Сначала поступил в экономический колледж, но раньше меня осознал, что ему нужна творческая профессия. Сейчас работает осветителем в театре и планирует стать художником по свету. Вообще сын у меня уникальный. Мыслит совершенно нестандартно. С детства не он задавал мне вопросы, а я - ему. Потому что Рома все может объяснить. Например, как-то спросила его, что такое рулады. А он мне: это продукт жизнедеятельности вокалиста. Когда еще маленький был, на вопрос, что такое гармония, не задумываясь, выдал: это основа всего.
Эстрада - не для меня
- Вы много выступаете за рубежом. Как встречают там русских певцов?
- К тому, кто хорошо работает, относятся превосходно. Публика прекрасная. Дарят подарки, цветы. Как-то раз в Бирмингеме мне преподнесли букет цветов высотой полтора моего роста - настоящее произведение искусства…
- Вашими партнерами по сцене были многие знаменитости. Какое совместное исполнение запомнилось больше всего?
- Талантливых много: и болгары, и итальянцы... Но больше я люблю русских исполнителей. Помню, как в Нью-Йорке мы вместе с заслуженным артистом России Виктором Черноморцевым исполняли «Мазепу». Когда Виктор пел, я за кулисами по неосторожности заслушалась его партией и на наш дуэт на сцену вышла, вытирая слезы.
- А что думаете о белорусских оперных исполнителях?
- Мне очень нравится Оксана Волкова, обожаю петь с ней дуэтом. В Минске я видела спектакли Белорусской оперы: «Царскую невесту», «Кармен». Интересные работы. Это сильный театр, и я думаю, когда он вернется в родное здание, это даст ему новый стимул к развитию.
- Как относитесь к тому, что некоторые оперные голоса идут в эстраду?
- Почему нет? Это их путь. Эстрадное пение - очень трудная работа. И если человек выбрал ее, значит, ему это нравится. Не думаю, что только деньги могут быть причиной. Меня, например, никакие деньги не заставят делать то, что мне не нравится. Единственное, что могу себе позволить - планирую спеть с оркестром народных инструментов Ростовской филармонии. Буду исполнять старинные романсы и народные песни. Такой эксперимент.
- Что посоветуете молодым исполнителям, мечтающим о славе?
- Самая большая удача - встретить настоящего педагога. Это главное в жизни певца, все остальное зависит от него самого. Человека, который трудится, Господь никогда не оставит…

Ольга БЕРЕСНЕВА, «МК»

ДОСЬЕ «МК»
Ирина Крикунова. Солистка Пермского академического театра оперы и балета имени
П. Чайковского. Сопрано. Родилась в Ростове-на-Дону, окончила технический университет, Ростовскую консерваторию имени Рахманинова. С 2000 по 2007 год - солистка Ростовского музыкального театра. Дипломант Российской национальной премии «Золотая маска» (2003 и 2005 годы). С успехом гастролировала по странам Европы и в США.