ИТ-тренер выложил документ, в котором положение о Non-Compete из Декрета N8 превратили в крепостное право. 21.by

ИТ-тренер выложил документ, в котором положение о Non-Compete из Декрета N8 превратили в крепостное право

03.08.2018 20:08 — Разное | dev.by  
Размер текста:
A
A
A

Источник материала: dev.by

В пятницу один из тренеров ИТ-академии «БелХард» Вадим Станкевич выложил в Facebook документ, который назвал «Соборным Уложением для крепостных ИТ-тренеров». На нём нет печатей и подписей, и компания не подтверждает существование этой бумаги. Если допустить, что документ не является розыгрышем юристов, то он наглядно иллюстрирует, как можно воспользоваться положением о Non-Compete, закреплённым Декретом N8, в ущерб сотрудникам. dev.by приводит пост Вадима «о перекосах» в сокращении, с комментарием представителя академии и юриста.

В своём посте Вадим Станкевич написал, что на днях он нашёл на столе в учебном центре, где он преподаёт, документ под названием «Обязательство о неразглашении конфиденциальной информации». Его фото он приводит у себя в посте. Печатей и подписей бумага не содержит, в качестве Нанимателя в ней указан ООО «Европейский центр разработки программного обеспечения», это название юридического лица ИТ-академия «БелХард».

ИТ-тренер выложил документ, в котором положение о Non-Compete из Декрета N8 превратили в крепостное право

По мнению Вадима, составители документа воспользовались двумя возможностями, закреплёнными Декретом N8: 1) правом на вступление в ПВТ для образовательных центров, 2) положением о неконкуренции.

Станкевич обращает внимание на самые неоднозначные фрагменты документа.

1. «Работник намеренно соглашается, что вся документация […] в том числе программы обучения, методические, учебные материалы […] являются исключительной собственностью нанимателя, несмотря на то, кто фактически их подготовил».

— В чем особая прелесть, — комментирует Вадим. — Собственно, в том, что всё готовит тренер, который получает по договору подряда оплату по часам за лекции или практические занятия, или процент от общей выручки за группу.

2. «Я обязуюсь […] без письменного уведомления за месяц […] не участвовать в деятельности третьих лиц, занимающихся ведением образовательной деятельности […] и проведении мероприятий».

— А это значит, — делает вывод Станкевич, — сходил на курсы в конкурирующий учебный центр — нарушил. Пришел на конференцию подтянуть знания в предметной области — нарушил. Провёл свой митап — нарушил.

3. В наказание «в каждом случае нарушения […] работник выплачивает штраф в размере не менее 1000 (тысячи) базовых величин […] если сумма убытков превышает указанную сумму […] работник должен полностью компенсировать убытки».

— Сейчас базовая величина составляет 24,5 рубля. То есть минимальный штраф — это 24500 рублей, или чуть больше 12 тысяч долларов, — подсчитывает Вадим Станкевич. И отмечает, что штраф «может вас настигнуть не только пока вы работаете с ИТ-академия «БелХард», но и много лет спустя: «ограничения будут применимы […] и по окончанию работы работника у нанимателя в течение 5 лет».

4. «В случае аннулирования договора […] вне зависимости от причин аннулирования […] или в любое другое время по требованию нанимателя […] работник передает всю вышеуказанную информацию».

ИТ-тренер выложил документ, в котором положение о Non-Compete из Декрета N8 превратили в крепостное право

— К счастью, ООО «Европейский центр разработки программного обеспечения» сейчас не является резидентом ПВТ, — пишет Вадим Станкевич, — и это соглашение может представлять интерес разве что для инспекции Минтруда или для антимонопольного расследования МАРТа. Но скоро ситуация может поменяться, и тогда мы увидим в действии, насколько плохо работают инструменты из сферы продуктовой разработки в образовании. Потому что приведенный кейс — это примерно как соглашение с Habrahabr не публиковать свои статьи в течение 5 лет, например, на vc.ru или Rusbase, и более того, не читать их нигде без разрешения площадки, под угрозой космического штрафа. Ну, то есть, совсем из другой оперы, чем «не утащить с собой наработанный за десять лет код».

dev.by также обратился за комментарием в ИТ-академию «БелХард». Исполняющий обязанности директора учебного заведения Виталий Бородин отметил, что знает о существовании поста, «написанного одним из тренеров, с которым сотрудничает ИТ-академия».

— И это всё, что я пока могу вам сказать. Я не знаю, каким образом к нему попала эта бумага, претендующая на статус документа, потому на ней нет ничьей подписи, — а значит, это может быть что угодно.

Чтобы «не сводить всё к болтовне, которая развелась в Facebook», он предложил dev.by прислать вопросы, на которые обещал дать ответ. Мы опубликуем его, как только получим.

Специалист юридической фирмы Arzinger & Partners Михаил Ходосевич отметил в комментарии dev.by, что этот документ говорит о том, что «правовая культура использования институтов «английского права» и вообще грамотного составления документов в Беларуси пока не сформировалась».

Как отмечает Михаил, «в глаза сразу бросаются следующие моменты»:

1. «Методические, учебные материалы являются исключительной собственностью нанимателя, несмотря на то, кто их фактически подготовил» — такой пространной формулировки явно недостаточно, чтобы права на все материалы, которые подготовил непосредственно работник, перешли к нанимателю. Переход прав на результаты интеллектуальной деятельности работника должен как-то оформляться: либо это будет служебное задание, положения о которых прописываются в трудовом договоре и локальных актах организации, либо авторский договор с работником и т.д. Здесь же не указано, ни что именно передаётся, ни как передаётся, ни на каком основании.

2. Огромный размер штрафа за нарушение работником соглашения. Поскольку в этом случае соглашение заключается не с другой компанией, а с физическим лицом, при возникновении спора суд с большой вероятностью уменьшит размер штрафа как несоразмерный последствиям (а наниматель вряд ли докажет, что действия работника нанесли настолько большие убытки).

3. Элементы соглашения о «неконкуренции» и о «непереманивании». Оставляя в стороне вопрос, могут ли заключать такие соглашения нерезиденты ПВТ, необходимо обратить внимание на существенные условия такого соглашения по белорусскому праву: соглашение о неконкуренции может заключаться только а) с выплатой работнику установленной компенсации за принятие на себя обязательства (о ней здесь ни слова); б) срок такого обязательства работника не может превышать 1 год с момента расторжения трудового договора (а здесь говорится о сроке в 5 лет). Кроме того, в соглашении должны быть определены территориальные границы этого обязательства, которые здесь не указаны. Да и сфера деятельности, где работника хотят ограничить, очень расплывчата («обучающая деятельность и организация/проведение мероприятий»), и явно недостаточна в понимании Декрета №8.

Как итог, юридическая сила указанных в документе положений о «неконкуренции» и о «непереманивании» под вопросом. В любом случае, при составлении подобных документов белорусскому бизнесу на первых порах необходимо чётко проверять соответствие каждого положения законодательству Беларуси, по крайней мере, пока не наработается соответствующая практика.   

 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
В пятницу один из тренеров ИТ-академии «БелХард» Вадим Станкевич выложил в Facebook документ, который назвал «Соборным Уложением для крепостных ИТ-тренеров». На нём...
 
 
 


Архив (Разное)