«В монастырь пришёл просто, по деревянному мосту». О чудесах и жизни за пределами мирской суеты – репортаж СТВ

Источник материала:

Новости Беларуси. Корреспондент СТВ Евгений Пустовой взялся рассказать о сакральном, а точнее о богатых религиозных традициях, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. О традициях нашей многоконфессиональной Беларуси, где долгие века представители разных вероисповеданий живут в мире и согласии. Но все же подавляющее большинство жителей считает себя православными верующими. 

Это акафист – особо торжественное песнопение о важных событиях в истории небесных заступников. Над окрестностями Жировиц молитва у главного в Беларуси лика Богоматери парит без малого полтысячелетия.

Первоверховного апостола Петра Христос назвал Сиф – камень, на котором и создал Церковь. А это камень, на котором утвердилось православие в Беларуси.

Иеромонах Евстафий, преподаватель Минской духовной семинарии:
Это тот самый камень, на котором в 1520 году явилась Божья Матерь с чудотворной иконой.

Престол – самое важное и защищенное место в храме. Это святая святых не только Явленской церкви, но и всего монастыря. Нашему оператору сделали исключение.

Отец Евстафий уже 16 лет в рясе. Драматург по диплому подобрать ключ к чаяниям своей жизни смог только здесь, у неиссякаемого источника живой веры.

Иеромонах Евстафий:
Мы находимся под алтарем Успенского собора. Тут находилась та самая груша, в ветвях которой была найдена чудотворная икона. И здесь же забил источник.

Впрочем, в Жировицах можно утолить даже жажду от огня скептицизма. Инвентаризация чудес – в обычном журнале. Чудес не из далекого Средневековья, а произошедших с современниками – из Минска, Праги, соседнего села...

Жировичский монастырь подчинен только Патриарху – он ставропигиальный. Но значимость обители не столько в наличии непривычного для светского уха определения, а в молитве. Она здесь звучала всегда.

Владыка Вениамин, епископ Борисовский и Марьиногорский:
Сейчас мы собираем по крупицам и вместе с тем имеем возможность на ровном месте, создавая обители и возрождая их, опять привлекать божественную благодать и этим духовным местам, и к тем городам и весям, которые находятся рядом с ними.

Самый западный в Беларуси оплот православия зовут даже лаврой. Но местная братия – 36 иноков и иеромонахов – черноризцев в священническом сане молится о тишине. Ведь зачастую монастыри в соседних странах превращаются в туристические мекки. А православие – это прежде всего приватная беседа с Богом. Как здесь говорят, минуть сию чашу удалось.

Владыка Порфирий, епископ Лидский и Сморгонский:
Должна быть территория для братии, куда паломники не могут заходить, игумен должен смотреть за этим. Второе – сами братья должны чувствовать эту золотую середину.

Сейчас в Жировичах с новой силой звучат не только песнопения. Но сугубо мирские мелодии – строительные звуки. После недавнего визита в духовную обитель светского руководства ведутся активные реставрационные работы. Это же еще и архитектурная жемчужина страны. Но в монашестве важна не форма, а содержание.

Инок Рафаил – насельник Лаврышевского монастыря. Под сенью возобновляемого белорусского Валаама в прошлом житель столицы нашел покой.

Сейчас бывший инженер-электронщик старательно выводит кисточкой библейские молитвы. Руками братии заново пишутся новые страницы в истории древних белорусских обителей. Что называется, свято место пусто не бывает.

Владыка Вениамин:
Монастыри создавались на каких-то местах, которые были освящены божественной силой или овеянием Божьей Матери или святых угодников.

На наших землях существовало более 70 монастырей. Сейчас – половина, 35. Большинство из них женских – 23. Одна из самых монастырских епархий – Витебская. Организовано шесть монашеских общин.

Сдуть пыль забвения с древнего и чудотворного образа Казанской иконы Божией Матери и поднять на своих плечах строительство разрушенного богоборческой властью монастыря. Тяжкий крест положили на плечи одного из самых молодых архимандритов Беларуси – отца Сергия.

Архимандрит Сергий, настоятель Свято-Троицкого Маркова монастыря:
В 1656 году святейший патриарх Никон по поручению царя Алексея Михайловича передал этот чудотворный образ иконы Божьей Матери Казанской благословение и укрепление той братии и тех людей, которые ходили в эту святую обитель.

В Троицкий Марков монастырь Витебска тропы попечителей и паломников пока заросшие.

Зачастую как пророков мы ищем за пределами своего отечества, так и особые места молитвы – по глобусу. А ведь сначала надо научиться почитать свое, родное.

Владыка Порфирий, епископ Лидский и Сморгонский:
Афон – это не место, а образ жизни. Что Серафим Саровский сказал, когда строил свою обитель? Что здесь будет и Афон, и Иерусалим, и все остальное. То есть мы должны понимать, что и в Беларуси можно жить, как на Афоне, но и на Афоне можно жить, как в миру. Все зависит от человека.

О Лавришево пишет еще Ипатьевская летопись. Попечителем монастыря был Войшелк – представитель княжеского рода. Но здесь, конечно, больше помнят и знают о преподобном – значит, святом из монахов – Елисее.

Его канонизировали на сотни лет раньше, чем появились ростки больших и теперь известных лавр. Именем основателя и назван монастырь. А о явленных здесь чудесах спасения от татар с упоением рассказывает инок с тюркскими чертами лица.

Инок Рафаил, насельник Свято-Елисеевского Лавришевского мужского монастыря:
Сюда пришли татары. Они видят множество отборной конницы, воинов, способных защищать, и они не решаются штурмовать монастырь, а отступают. Понимаете, что никаких воинов, а тем более конницы в монастыре нет.

Евгений Пустовой, корреспондент:
Дорогу в монастырь даже по навигатору порой найти сложно. Это одна из древнейших и удаленных обителей Беларуси. Здесь есть даже своя преграда – река Неман.

Сюда в поисках себя и Бога течет вереница паломников. Из-за такого обилия братия ежегодно вынуждена ремонтировать этот деревянный мост.

А расцвет центров духовной жизни, яко жезл Ааронов, тянет к высотам и светское устроение. По церковному уставу у Бога все просто – и в миру, и в монастыре – у каждого свободный выбор сугубо своего уникального пути.

Инок Рафаил:
В монастырь я пришел просто, по деревянному мосту.