Атаман Скоморох: драма в четырех актах. Новая сцена и псевдоним для актера театра "Буфф"

Источник материала:

95 лет назад, в январе 1922 года, артист московского театра «Буфф» Герман Шиманюк вернулся в родную деревню Грабовец на территории Польши. Через полгода польская и литовская печать назовут его в числе наиболее известных руководителей западнобелорусских партизан.

Формальный повод для оставления карьеры столичного актера и возвращения на родину был для Шиманюка такой: голод в Советской России.

После подписания в 1921 году Рижского мирного договора подобная практика легального пересечения границы стала на некоторое время обычной. Происходил послевоенный обмен населением между Советской Россией и Польшей.

Именно так, например, в местечке Крынки Гродненского уезда оказался Александр Станкевич, который прежде командовал полком в конной армии Буденного. А в боевом штабе Шиманюка-Скомороха вчерашний буденовец получит псевдоним Пугачев и станет начальником «спецотдела»: контрразведка и доставка валюты из Каунаса.

Вот и наш герой выступил в необыкновенной роли: атаман Скоморох. Сценой явилась территория Западной Беларуси и Литвы, а кровь лилась совсем не бутафорская.

Через полгода после возвращения Шиманюка печатный орган правительства Белорусской Народной Республики газета «Беларускi сьцяг» …

…в статье-некрологе «Над свежей могилой» назовет пока еще живого Скомороха первым в ряду борцов с польскими оккупантами:

Но между тем в отличие, например, от Кирилла Орловского партизанский атаман Герман Шиманюк (Герман Шыманюк-Парыш-Паплаўскi) в советской Белоруссии не был овеян славой. О его военно-политических приключениях в районе Беловежской пущи и в Литве знали в БССР лишь особо доверенные товарищи. Отчего так? В первую очередь указывали на «эсеровско-националистическую» принадлежность Шиманюка.

А вот у белорусов Польши и дальнего зарубежья это имя на слуху. Фигура атамана стала по сути культовой. Раскрываю изданный в наше время в Белостоке «Беларускi каляндар» — вижу на его страницах очерк о борце с польскими угнетателями Скоморохе. Молодые белорусы участвуют в походах по местам боевых операций славного атамана.

Однако существенным ограничением для историков и краеведов является практически полное отсутствие сведений об «атамане Гродненщины» после того, как в середине двадцатых годов прошлого века он вынужденно вернулся в СССР. В номенклатурной обойме героев антипольского сопротивления закрепились имена партизан-чекистов Орловского, Ваупшасова, Коржа. А вот Скоморох из обоймы выпал, хотя поначалу был обласкан Советами. Почему выпал?..

В начале 1990-х годов историк Виталий Скалабан ознакомил меня с документами из фондов Национального архива Республики Беларусь, которые во многом раскрывают драму атамана Скомороха.

Итак, настоящая фамилия нашего героя — Шиманюк, иногда она писалась как двойная с добавкой -Парич или -Париш. Имя — Герман Демьянович. Родился в 1892 году в деревне Грабовец Бельского уезда Гродненской губернии — ныне территория Польши. Очевидно, что перипетии жизненного пути Германа Шиманюка до начала Первой мировой войны дали впоследствии возможность правительственным польским газетам издевательски называть атамана «провинциальным актером». Хотя, по сообщению историка А. А. Сорокина, его вполне можно причислять и к актерам столичным: до конца 1921 года Герман Шиманюк был артистом московского театра «Буфф», и, вероятно, отсюда его партизанская кличка Скоморох.

В январе 1922 года Герман вернулся в родную деревню. Привез из Москвы молодую жену Елизавету — артистку того же театра. И вскоре выступил в необыкновенной роли: атаман белорусских национал-партизан.

Заниматься популярным пересказом истории этих земель не стану, а лишь коротко поясню, отчего белорусские партизаны в Польше использовали помощь правительства соседней Литвы. Между Каунасом и Варшавой в ту пору существовали крайне враждебные отношения из-за аннексии поляками Виленского края.

Правящие круги Польши проявляли тенденции к захвату всей литовской территории.

Вот почему из Литвы в Польшу двигались тайными тропами обозы с оружием. Участникам белорусского сопротивления выплачивали жалованье в литах. А идейно атамана Скомороха и его соратников подпитывало правительство Белорусской Народной Республики, которое обосновалось на то время в Каунасе.

Деятели БНР не признавали Рижского мирного договора 1921 года, по которому Беларусь располовинили между Советами и Польшей. Они надеялись в ходе грядущего военного конфликта поднять собственное восстание и создать самостоятельное белорусское государство. Герману Шиманюку помогли создать конспиративный штаб со структурами по военному образцу. Его соединение подразделялось на отряды, а зона действий — на подрайоны. Имелись не только пешие формирования, но и конница.

Чем оказались славны люди Скомороха? Вот его подпольный журнал «Беларускi партызан»…

… публикует сообщение «Главного штаба» о боевых операциях в 1922 году:

— сожжен железнодорожный мост на реке Наревке, по которому поляки вывозили лес из Беловежской пущи;

— сожжен склад лесоматериалов длиной 3 версты вдоль полотна у станции Гайновка, где сгорели также телеграфные столбы и повреждена железная дорога;

— убит инженер завода «Export» в Гайновке за то, что помогал жандармам и полиции ловить партизан. Попутная добыча составила миллион марок <…>

Белорусское пресс-бюро (БНР) в Каунасе опубликовало в бюллетене № 32 от 8 июня 1922 года «интересный документ, проливающий свет на действительное положение в оккупированной поляками Гродненщине». Историкам он известен как «Ультиматум Пилсудскому атамана Скомороха». Вот полный текст:

Начальнику Польского Государства Г-ну Пилсудскому в Варшаве

Копия Г-ну Председателю Лиги наций в Женеве

От Окружного Атамана Белорусских партизан гражданина Германа Скомороха

Белоруссия. Действующий конспиративный штаб

УЛЬТИМАТИВНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ

Ввиду раскрытия польскими властями нашей Белорусской военной организации, которая поставила своей целью освободить Белоруссию от векового насилия и гнета и настоящей оккупации, уже не тайна, что мы являемся врагами польской оккупационной власти в Белорусском крае, но отнюдь не врагами польской власти в Варшаве.

Мы уполномочены от 15 тысяч партизан и всего крестьянства уездов Белостокского, Бельского, Брест-Литовского, Волковысского, Пружанского и др. обратиться к Вам, Г-н Пилсудский, и через Вас ко всему Польскому народу о признании наших нижеуказанных законных требований, а именно:

1. Во имя справедливых человеческих прав отказаться от притязаний на Белоруссию и признать ее право самоопределения как нации.

2. Немедленно прекратить жестокие репрессии ко всем белорусам, а также прекратить опечатывать православные храмы, аресты священников, обыски, избиение политических деятелей в ваших тюрьмах и признать неприкосновенность всего белорусского.

3. Немедленно освободить из тюрем все арестованных политических белорусов, арестованных в период с 1 января 1922 года по 2 апреля, т.е. по число получения настоящего.

4. Немедленно прекратить рубку лесов и вывозку их в Польшу, а также прекратить вывозку разного материала, как-то: машин, лесопилок, машин ж. д., разных ж. д. частей и др.

5. Немедленно подготовить к эвакуации польские военные части, жандармские отряды, сыскные отделы и полицию.

6. Государственные учреждения и их имущество должны быть полностью переданы, а также и народные банки Белорусского края, как достояние Белорусского Народа.

7. Немедленно создать смешанную комиссию для передачи разных дел и решения экстренных вопросов.

Если вышеуказанные требования не будут признаны Польским Правительством и Польским Народом, а еще более усилятся репрессии, аресты и разные гонения на Белорусский Народ, то мы во всеуслышание заявляем: за последствия, какие они ни произойдут, мы не отвечаем.

Мы не хотим угрожать Вам, а предупреждаем, что непризнание наших законных требований повлечет за собою ужасные последствия. Мы заставим заговорить о себе весь мир. Мы применим самые страшные и самые уничтожающие средства, и так как с регулярной армией нам бороться трудно в открытом бою, то мы применим наше изобретение…

Вы закричите о нашем зверстве и негуманности, но мы, лапотники-мужики, утонченных насилий не знаем, а применим то, что мы узнали и что наши ряды укрепит, а вас погубит. Тогда вы оцените наши головы дороже, чем в 50 000 марок, как цените сейчас.

Вы постараетесь арестовать не только наших жен, вы арестуете стариков: отца и мать и много других наших братьев; вы изобретете еще искуснее мучить заключенных, не то что выламывать руки, загонять под ногти булавки и др., но еще изощреннее этого, но все это не спасет вас от бича возмездия.

Мы верим, что добьемся освобождения и что своей победой водрузим наше национальное знамя над нашей свободной Народной Демократической Белорусской Республикой.

Мы верим, что вся здравомыслящая Польша и весь мир на нашей стороне справедливости, поэтому мы будем ждать мирного решения наших требований, которым Вы нас удовлетворите через польскую, русскую и заграничную прессу. Последний день срока девятнадцатого апреля по ст. стилю. Если же пресса будет хранить молчание, это будет сигналом к продолжению борьбы за освобождение Белорусского Народа от польского насилия.

К Вам, Г-н Председатель Лиги Наций, обращаемся мы, порабощенные белорусы, и просим не допустить дальнейшего насилия над нами, мы требуем нашей независимости и нашей свободы.

Атаман Гродненщины Г. Скоморох.

И. о. н-ка Штаба Белорусских Партизан полковник (подпись).

Адъютант (подпись).

С подлинным верно: районный атаман И. Угрюмый.

30 марта 1922 г.

Действующий Штаб Белорусских Партизан.

Художественные придумки в приведенном выше тексте вроде «районный атаман Иван Угрюмый» наводят на мысль, что бывший актер театра «Буфф» Шиманюк не имел серьезных кураторов в каунасских резидентурах ГПУ и Разведупра.

А что было на самом деле? Об этом — в последующих публикациях.

(Продолжение следует.)

Теги: Курсы валют, Брест