Наказание на земле — воздаяние на небесах?

Источник материала:

ЛЕПЕШКО Борис

Когда–то Федор Достоевский, исходя из собственного каторжного опыта, утверждал, что в мире нет и никогда не было истинной справедливости и все, на что может надеяться человек, так это на воздаяние на небесах. Современный человек, более склонный к рациональному прочтению проблемы, предпочитает правовые категории этическим и религиозным. То, что это так, показал недавний процесс в Москве над так называемым «битцевским маньяком». Показательно, что никаких массовых требований в российском обществе, насколько об этом можно судить, с призывом все же казнить злодея, а не дать ему возможности жить, хотя и на правах пожизненного заключения, не последовало. Этот факт вряд ли можно интерпретировать в русле существенного смягчения нравов общества, однако определенная подвижка налицо. Люди, получается, могут привыкнуть к точке зрения, согласно которой отвечать смертью за смерть вовсе не обязательно.

Долгие годы наше общество воспринимало наказание не как естественное и справедливое, то есть правовое средство защиты, а как вынужденную, целесообразную, то есть не правовую по своей сути попытку решить прежде всего некие высокие политические задачи. Здесь неадекватные правонарушению меры наказания выходили за все разумные пределы и людские трагедии не могли оправдать никакие ссылки на высшую целесообразность. Очевидно, что логика такого рода наказаний основывалась на простом факте: чем жестче реакция на поступок, тем больше шансов на то, что он не повторится. Как оказалось, ложный посыл, отсутствие логики. Вообще говоря, смягчение ответных действий властей на те или иные правонарушения есть вовсе не проявление слабости этих властей, сколько демонстрация силы. Те решения об амнистии, которые принимались в нашей стране, в том числе и в последнее время, достаточно недвусмысленно укладываются в такого рода понимание справедливости наказания. Мы достаточно часто слышим и читаем тем не менее, что за взятку в 100 долларов до сих пор не допустивший правонарушений заслуженный человек может быть очень жестко наказан. Представляется, что степень справедливости такого рода наказания не может быть сегодня оценена адекватно всеми сторонами. Государство имеет свои резоны поступать так жестко, аргументы всем известны. Человек, его семья имеют свое понимание произошедшего, основывающееся на категориях «бедность», «низкая зарплата», «первый раз» и т.д. Здесь ясно, что смягчение наказаний неизбежно, когда государство придет к выводу, что поставленные цели выполнены. Может, кому–то подобная ремарка покажется неубедительной, но иной, насколько можно понять, быть не может.

В жизни всегда много несправедливого: здесь Федор Достоевский прав. Несправедливым может выглядеть все, что угодно: и чья–то физическая привлекательность, и твое собственное уродство, и чье–то богатство, и твоя унижающая бедность, и тот факт, что кому–то сошло с рук то, за что тебя наказали. Но самое последнее дело — это самому вершить суд, самому осуществлять наказание по тем меркам, которые тебе представляются единственно верными.

Глупо призывать всех прощать, но не менее глупо звучат призывы поступать жестко, со всеми расправляться. Во всем нужна мера и, конечно, главное заключается в том, чтобы баланс был соблюден, чтобы жестокость не становилась панацеей.