ОСТОРОЖНАЯ РЕАКЦИЯ БЕЛАРУСИ НА ГРУЗИНСКИЙ КРИЗИС

Источник материала: 21.by

Белорусское телевидение, наряду с официальными СМИ, встретило новость о начале войны в Цхинвале молчанием. В течение нескольких дней жители Беларуси получали новости о событиях только от российских телеканалов. Даже такие программы как «Панарама» не упоминали о войне.

12 августа, через четыре дня после начала конфликта, Александр Суриков, посол России в Беларуси, сердито прокомментировал так называемое «непонятное молчание» официального Минска в отношении российско-грузинской войны. Несмотря на тот факт, что Россия всегда поддерживала Беларусь, в частности во время международной изоляции, вызванной ее отношением к лидерам оппозиции, Беларусь не поддержала ни позицию России в этой войне, ни предложила помощи или убежища военным и гражданским лицам из Южной Осетии, которые были ранены или остались бездомными. (Reuters, 12 августа).

Российская он-лайновая газета «Взгляд» также назвала реакцию Беларуси «предательством» по отношению к своему ближайшему союзнику и в особенности разгневана призывом одного из белорусских телеведущих завершить конфликт и сложить оружие. Суриков отметил, что только один из мелких чиновников Министерства иностранных дел Беларуси предоставил заявление, отражающее реакцию Беларуси. В главном печатном органе администрации президента, газете «Советская Белоруссия», статья Игоря Колченка призывала к завершению вооруженного конфликта и мирному решению (СБ Беларусь Сегодня, 9 августа).

Однако, на ранее запланированной встрече с российским президентом Дмитрием Медведем, состоявшейся в Сочи 19 августа, Лукашенко решился-таки предложить России свою поддержку. Он поблагодарил россиян за «установление мира на Кавказе» и заявил, что атака России на Грузию не было началом в военных действий. Скорее это было спокойным ответом, приведшим к миру в регионе. По его словам все было сделано «отлично, очень спокойно, умно и красиво». Затем обе страны объявили, что осенью собираются подписать соглашение о совместной противовоздушной обороне (Беларусы и рынок, 25 августа-1 сентября).

После того как Медведев ратифицировал решение Российской Думы признать независимость Южной Осетии и Абхазии, Лукашенко послал в Москву сообщение, в котором говорилось, что в связи с усложнившейся ситуацией, единственный выбор – поддержать Южную Осетию и Абхазию. Однако не предложил признания Минска, и сказал, что целесообразно изучить вопрос о независимости в этих регионах на ожидающейся встрече Организации Договора о коллективной безопасности, которая должна состояться в Москве 5 сентября (Белапан, 28 августа), совместно с другими членами организации: Арменией, Казахстаном, Кыргызстаном, Узбекистаном и Таджикистаном.

Затем российские новостные агентства сообщили, что хотя на тот момент ни одна из стран не последовала призыву Медведева признать независимость Южной Осетии и Абхазии, белорусские власти намеревались сделать это «в течение ближайших одного-двух дней». Почти сразу же правительственный источник в Минске выпустил сообщение, что со стороны Беларуси не будет дальнейших комментариев (РИА-Новости, 28 августа; Reuters, 28 августа). Другими словами, Беларусь остановилась, так и не признав отделившиеся регионы.

16 августа, более чем через неделю после начала конфликта, Лукашенко помиловал последнего остававшегося под стражей политзаключенного, Александра Козулина, который содержался в штрафной колонии в витебской области, и который отбыл два года из пяти с половиной лет своего наказания. Козулин тут же обратился к Соединенным Штатам и Европейскому Союзу с предложением не начинать новый диалог с Беларусью, основываясь на его освобождении, обратив внимание на трудности с которыми пришлось столкнуться ему и его семье. Хотя президент лично вручил ему сообщение об освобождении, он не подписывал никаких документов и не знает причин своего освобождения. Более того, его судимость не была отменена. (www.charter97.org, 16 августа; www.naviny.by, 20 августа).

Освобождение Козулина и непонятная позиция Беларуси в отношении российско-грузинского конфликта позволяет предположить, что правительство Лукашенко надеется на ослабление санкций со стороны США в отношении нефтеперерабатывающего предприятия Белнефтехим, а также на более тесное сотрудничество с ЕС. Подобного могло бы не случиться, если бы Беларусь заняла четкую позицию наряду с Россией в отношении Южной Осетии и Абхазии.

К дилемме Беларуси добавляется возведение в Польше американской противоракетной базы, против которого выступал Лукашенко, и в то же время необходимость достичь соглашения с Россией на новый заем в 2 миллиарда долларов и на цены на газ, которые, по мнению некоторых источников, могут резко вырасти. Россия также потребовала перехода к единой валюте, то есть российскому рублю (Коммерсант, 20 августа). Таким образом, власти пытаются балансировать, не желая обидеть ни Россию, ни Запад.

Лукашенко заверил Медведева, что Беларусь остается близким другом и соратником России (БелТА, 28 августа). Однако на самом деле Беларусь – партнер поневоле в российском авантюризме. Как заметил один писатель, республика вполне может стать первой жертвой новой Холодной войны и войдет в состав новой имперской России. (Белорусская деловая газета, 26 августа). Eurasia Daily Monitor