Юстинас Каросас: «Спортсмены тут ни при чём»

Источник материала:

Еще совсем недавно Польша была главным адвокатом Беларуси в Европе. Однако после брутальных событий 19 декабря ее руководство как с цепи сорвалось - чего стоит хотя бы заявление министра иностранных дел о том, что Александр Лукашенко не выиграл выборы в первом туре. Спикер Европейского парламента, известный польский политик Ежи Бузек, сказал во время прений в Брюсселе, что Лукашенко больше не обладает демократической легитимностью. Сложно себе представить, как могут развиваться двусторонние отношения после таких заявлений.

На этом фоне крайне интересно наблюдать за позицией Литвы. От ее президента - Дали Грибаускайте - все напряженно ждали выражения отношения к действиям белорусских силовых структур 19 декабря и все последующие дни. И вот на третьей неделе ожидания, уже после того как предыдущий президент назвал политику Литвы по отношению к Беларуси «катастрофой», Грибаускайте высказалась по Беларуси. Однако в ее заявлении не прозвучало требований санкций или осуждения насилия. Она говорила исключительно о визовой проблематике, чем изрядно всех озадачила.

Что означают дебаты в Европарламенте? Какую роль этот орган играет в системе институтов ЕС? Почему Литва не осуждает Беларусь и означает ли это, что ее элиты решили стать адвокатами официального Минска? Об этом обозреватель «БелГазеты» решил поговорить с зампредседателя комитета Сейма депутатом Юстинасом Каросасом. Каросас не входит в правящую коалицию, а потому его слова являются выражением мнения как бы «оппозиционера» по отношению к Грибаускайте. Тем более интересно следить за тем, как мягок Каросас в высказываниях, по сравнению с польскими коллегами.

- Как вы оцениваете итоги обсуждения «белорусского вопроса» в Европарламенте?

- Парламент - такая институция, в которой все возможно. Главное - то, какие конкретные действия следуют после парламентских обсуждений. Я являюсь человеком, не любящим односторонности. Я везде ищу компромисс. Думаю, в некоторых моментах дискуссии компромисса откровенно не хватало. Особенно когда прозвучало предложение не приглашать сборную Беларуси на Олимпийские игры. Это, я считаю, чересчур. В целом же в парламенте - разные люди, разные представления. Парламенты везде одинаковы. Во всяком случае, в демократических странах.

- А каковы взаимоотношения между Европарламентом и органами, которые принимают решения в ЕС? Понятно, как это работает в теории. Но всегда ли решения Европарламента находят отражение в реальных шагах Еврокомиссии, Совета ЕС и т.п.?

- Ровно то же самое происходит и в парламенте Литвы: мы долго дискутируем, принимаем резолюции, заявления. А правительство идет своим путем, в реальности делается нечто совсем другое. Здесь есть политическая игра: в парламенте есть разные люди, разные партии. А правительство занимается решением реальных проблем. Так что между дискуссиями, резолюциями и реальными шагами разница огромная. В Литве, в ЕС в целом. Поэтому я никогда не смотрю на дискуссии в парламентах как на прямое руководство к действиям правительства. Реальность всегда диктует свои формы действий, которые зачастую должны быть более мягкими.

НИ ПРОКУРОР, НИ АДВОКАТ

- Ежи Бузек заявил, что белорусский президент не обладает демократической легитимностью. Де-факто это означает, что Европа не признает его легитимным руководителем?

- Мнение г-на Бузека не является мнением Европейского парламента. Когда ваша Палата представителей была признана нелегитимной, это было заключением не одного человека, а всего института. Я не знаю, как можно интерпретировать позицию Бузека, но весь Европейский парламент заявлений о том, что Лукашенко нелегитимен, не делал.

- Польша устами министра иностранных дел заявила, что Лукашенко не выиграл в первом туре. В то же время Литва заняла крайне дружелюбную позицию по отношению к Лукашенко. Ваша страна воздерживается от резких заявлений. Делегация Литвы в Европарламенте играла в прениях примерно ту же роль, которую когда-то играли депутаты Госдумы России, а затем - депутаты Сейма Польши. Защитники поменялись местами? Польша теперь прокурор, Литва - адвокат?

- Литва не является ни прокурором, ни адвокатом. Мы страна, которая знает, что Беларусь - наш исторический сосед. У нас очень много общих национальных интересов. Естественно, мы должны вести диалог, а не ссориться. Такая спокойная позиция адекватна той геополитической ситуации, в которой мы находимся. Чтобы выиграть, мы должны говорить с людьми, со странами, с соседями. Говорить, а не ссориться. Если мы будем ставить условия, никакого разговора не получится. Пострадают в итоге наши страны. А именно их интересам должны служить депутаты.

Что касается Польши, то это большая страна. У нее, видно, есть свои определенные интересы во внешней политике. Вообще же, некоторые моменты радикализма в нынешнем польском руководстве мы наблюдаем.

ЕДИНЫЕ В ЛЮБВИ К РЕЖИМУ

- Очень широко в Беларуси обсуждается позиция Валдаса Адамкуса, назвавшего политику Литвы по отношению к нашей стране «катастрофой». Все-таки: каково отношение большинства литовцев к белорусскому президенту и событиям в Беларуси? Оно ближе к тому, что было высказано Адамкусом или Грибаускайте?

- Действующий президент имеет перед собой набор проблем, которые существуют в государстве. А также набор отношений - хозяйственных, экономических, которые следует учитывать. Поэтому выступление действующего президента имеет другой фон, другие мотивации, чем выступление того, кто сейчас президентом не является. Он может говорить о вещах, которые ближе к реальности. И это надо учитывать. Мы в сложившейся ситуации можем о реальности говорить, но мы ведь ее таким образом никак не изменим. С этим нужно считаться. Поэтому мы вынуждены действовать так, чтобы интересы нашего государства и наших людей не пострадали.

- Вы представляете оппозицию?

- Да, я представляю Социал-демократическую партию, которая в данный момент находится в оппозиции к правящей коалиции.

- И тем не менее ваши слова звучат в унисон с позицией Грибаускайте и ее соратников. Примерно о том же говорил председатель литовской делегации Эмануэлис Зингерис в Брюсселе. Получается, «не обострять ситуацию» - это такая консолидированная стратегия литовских элит по отношению к Лукашенко?

- Да, у нас есть консенсус по этому вопросу. Наш министр иностранных дел говорит тем же голосом, что и президент в данной ситуации. Люди, которые раньше были очень радикальными в отношении Беларуси, теперь куда реальней смотрят на ситуацию. И адекватно оценивают ее. Я этому очень рад.

«НИЧЕГО БОЛЬШЕ МЫ СДЕЛАТЬ НЕ МОЖЕМ»

- Почему вы считаете, что идея не приглашать сборную Беларуси на Олимпийские игры - «это чересчур»?

- Я все-таки думаю, что спортсмены здесь ни при чем. Те люди, которые непосредственно участвовали в нецивилизованных действиях, должны быть отмечены. А люди, которые с репрессиями не имеют ничего общего, - зачем наказывать их? При чем здесь спортсмены? Я за то, чтобы мы общались с людьми в Беларуси - невиновными людьми - так же, как и общались. А вот с теми, кто виновен в нецивилизованных поступках, должен быть другой разговор. Такова моя позиция. Мне кажется, она не мешает общению наших двух стран. Как вы знаете, наш президент написала письмо к Еврокомиссии, в котором попросила об упрощенной процедуре выдачи виз гражданам.


- То есть основной упор в реагировании ЕС должен делаться на въездные санкции?

- Да, я думаю, что визовые запреты - это очень солидная мера, которая показала бы, что ЕС реагирует на поступки, которые не соответствуют представлениям о демократии. Ничего больше мы сделать не можем. Беларусь является самостоятельным государством. И естественно, она имеет свои представления о демократии, и мы не можем поменять того порядка, который в ней существует.

«ЭТОТ МОМЕНТ КАК-ТО НЕМНОЖКО ОГОРЧИЛ»

- А как вы относитесь к экономическим санкциям?

- Экономика все-таки должна быть отделена от политики. От таких санкций пострадали бы не только рядовые белорусы, но и экономические партнеры Беларуси. Такими шагами мы не можем способствовать расширению демократии. Демократия должна расширяться демократическими инструментами. Даже когда это довольно сложно сделать.

- А как же остановить репрессии?

- Насчет репрессированных людей нужно действовать всеми возможными методами. Почему с ними ведут себя именно так? Это, вообще-то, очень странно выглядит. Я этого не понимаю. Надо бороться всеми возможными средствами. Но такие проблемы не решаются экономическими санкциями.

- Можно ли говорить, что события 19 декабря подорвали базу наших отношений, существенно ухудшили перспективы сотрудничества?

- Нет, я так не думаю. Хотя партнерство зависит не только от наших желаний. Я надеюсь, что Беларусь будет вести себя как субъект, который совершает ошибки, но умеет делать из них выводы. Тем более - выводы из критических ошибок. Я надеюсь, что она не повторит ошибок, которые отбрасывают Беларусь назад. Ведь был довольно позитивный прорыв накануне. И вот события той ночи случились… Очень жалко! И совершенно ни к чему! И никто не знает, для чего и для кого это было сделано…

Я всегда был сторонником диалога, даже в те времена, когда была объявлена изоляция Беларуси. Я настаивал на том, что нужно говорить, дискутировать… И тут случились эти события. Этот момент как-то немножко огорчил. Но я думаю, что после такого ярко выраженного реагирования появится все-таки и критический взгляд на ситуацию, которая произошла, чтобы Беларусь снова двигалась в добрую, хорошую, демократическую сторону. И все снова стало нормально.


Справка «БелГазеты».Юстинас Каросас родился в 1937г. Окончил Вильнюсский университет. В 1982г. выиграл стипендию фонда Гумбольдта, стажировался в университетах Вены, Франкфурта, Гессена. В 1990-92гг. - декан департамента философии Вильнюсского университета. С 1992г. - член Сейма. В Сейме нынешнего созыва - замруководителя комитета по иностранным делам.

Фото: runet.lt Теги: Минск