Ермошина: Лично я за что боролась, на то и напоролась, потому что я ратовала за демократию. 21.by

Ермошина: Лично я за что боролась, на то и напоролась, потому что я ратовала за демократию

10.07.2020 12:37 — Новости Экономики | Tut.by  
Размер текста:
A
A
A

Источник материала: Tut.by

Глава ЦИК Лидия Ермошина дала большое интервью РИА «Новости», в котором рассказала, почему в качестве мест для агитации в Минске и регионах стали точки на окраинах городов, о «приписанных» Бабарико и Черечню подписях и почему если бы не Дрозды, у нее не было бы возможности дышать свежим воздухом. Приводим самое интересное из интервью.


Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

О дезорганизации деятельности ЦИК

— Да, эта кампания, действительно, самая сложная. Во-первых, буквально с первых ее дней были предприняты попытки по дезорганизации деятельности Центральной комиссии. Во-вторых, были предприняты попытки по запугиваю как членов ЦИК, так и избирательных комиссий снизу. И третье — если раньше, скажем так, попытки создания политической нестабильности предпринимались всегда в конце избирательной кампании, в период предвыборной агитации, то в этот раз раскачать ситуацию, создать некую предреволюционную обстановку в стране пытались уже с начала выдвижения кандидатов в президенты, с первых дней сбора подписей.

Во время предыдущих кампаний попытки по дезорганизации избирательного процесса предпринимали зарегистрированные кандидаты, а за ними уже шли «бойцы». На этих выборах такие попытки предпринимали люди, которые в принципе не собирались участвовать в выборах как кандидаты. Это просто революционеры, которые хотели изменить ситуацию вневыборным способом, использовав эту кампанию для своих целей.

О личной безопасности

— Анонимные запугивающие письма в ЦИК приходят по электронному адресу. Есть звонки, они особенно активизировались, когда, например, арестовали господина Бабарико, и у нас на горячую линию стали поступать угрозы, хотя мы к аресту, естественно, никакого отношения не имеем, но нас почему-то выбрали в качестве козлов отпущения. Если изучить эти тексты, видно, что их пишут неадекватные люди. Все политические кампании пробуждают, скажем так, определенные психопатические настроения у людей, которые психологически нестабильны.

Я хожу без охраны, но я вообще не хожу уже по улицам. То есть я приезжаю на работу и уезжаю на машине домой, в Дрозды. По сути дела, если бы не огороженный поселок, у меня не было бы возможности дышать свежим воздухом. А опасаться или не опасаться за свою безопасность — это бесполезно. Я думаю, что нужно, во-первых, всегда сохранять присутствие духа, и, во-вторых, верю в наши правоохранительные органы.

О заявлении на Тихановского

— Я обратилась к правоохранителям только по одному факту — открытых угроз со стороны господина Тихановского, и в отношении него, в том числе, было возбуждено дело за воспрепятствование работе Центризбиркома. Поясню, почему я это сделала. Во-первых, мой пример должен показать всем членам избирательных комиссий, чтобы они не боялись, чтобы они знали, что их права и жизнь будут защищены в том случае, если угрозы будут поступать.

Во-вторых, нам уже пора создавать правовой прецедент. Это первый правовой прецедент в нашей стране, когда вообще заработала статья (с. 191 УК), направленная на борьбу с теми, кто угрожает членам избирательных комиссий. Мы, конечно, посмотрим… У господина Тихановского и так хватает обвинений по другим статьям, это всего лишь небольшая часть. Но я бы хотела, чтобы расследование уголовного дела, которое на данный момент ведется, послужило уроком для остальных — кто не может сдержать свой язык.

О «приписанных» подписях за Виктора Бабарико и Сергея Черечня

— Кстати, ознакомилась с заявлениями представителей Бабарико, которые утверждают, что в некоторых районах, куда они не сдавали подписи на проверку, им их приписали местные избиркомы. Разве можно было придумать что-нибудь более смешное? Дело в том, что у нас часто руководство избирательного штаба не координирует в должной мере работу сборщиков подписей. Но ситуация и не может складываться иначе, потому что это обыкновенная общественная самодеятельность, там работают разные люди, естественно, они совершают ошибки и по каким-то вопросам не сигнализируют руководству, особенно если работают на коммерческой основе и с ними не вовремя расплачиваются. Поэтому здесь все утверждения точно так же должны оцениваться критически, как и любые иные. Оцениваться проверкой, конечно.

— Это нелепо, конечно. Более того, Черечень уже ничего не утверждает. Он повинился и сказал, что просто-напросто они вели речь о выверенных подписях, а остальные поданные как бы не проверялись. Это говорит, опять-таки, что претенденты не руководят в должной мере своими инициативными группами. Но, поверьте, у них и нет такого механизма. Даже представители Бабарико, у которого группа адвокатов, где четкая иерархия и организация, и то начинают утверждать, что в каких-то районах они вообще не сдавали подписи. Но такого не может быть, чтобы местные районные комиссии стали приписывать подписи потенциальному кандидату, который находится в СИЗО в рамках расследования уголовного дела. Это даже трудно предположить.

Местным комиссиям это просто не нужно, тут действует принцип «баба с возу — кобыле легче», то есть чем меньше подписей, тем легче работать. Поэтому я еще раз хочу сказать, что потенциальные кандидаты и их близкие люди не могут полностью, от начала до конца, руководить всей этой предвыборной группой и контролировать процесс, у них нет ни такого механизма, ни средств. Они имеют дело с временными случайными людьми.

О возможности «вернуть» подписи Цепкало и его нерегистрации

— Областные избиркомы уже сдали свои протоколы в ЦИК, где установлено именно то количество достоверных подписей по каждому претенденту, которое было озвучено. Это целая процедура: сначала районная комиссия подводит итог, потом областная, потом он направляется в ЦИК. Это все звенья одной цепочки, и поэтому оцениваться итог будет на заседании ЦИК, а не в областных комиссиях. В любом случае, мы будем рассматривать его документы на регистрацию. Он, в конце концов, имеет право прийти ознакомиться с теми документами, которыми обладает ЦИК, и, в общем-то, выдвинуть какие-то свои претензии, и мы также будем их рассматривать.

О местах для агитации

Белорусские правозащитники подвергли критике отведенные властями места для ведения агитации — якобы там плохое транспортное сообщение, они слабо посещаемы и в целом непригодны для этих целей. А претендент в президенты Андрей Дмитриев говорил, что агитацию в Минске предлагают вести чуть ли не в пруду, и подал в суд жалобу на Мингорисполком. Лидия Ермошина сказала «поблагодарить» за это Сергея Тихановского и Николая Статкевича, имея в виду, что блогер «превратил пикеты по сбору подписей в политические агрессивные мероприятия» в центре города.

— Я прошу господина Дмитриева в этом случае публично через вас направить «благодарственные» письма господину Тихановскому и господину Статкевичу. Но для того, чтобы обсуждать этот вопрос, нужно вернуться к истории, как это все у нас зарождалось. Я могу сказать, что этак лет 15 приучала все местные власти к мысли, что предвыборная агитация, пикеты по сбору подписей должны проходить в демократических, максимально либеральных условиях. К этому сначала прислушался город Минск, потом мы дошли и до провинции. И у нас, по сути дела, была идеальная раскладка как по местам, так и по ведению предвыборной агитации. Кстати, эта избирательная кампания начиналась с такими же взглядами и мотивами. Но тогда, когда господин Тихановский превратил пикеты по сбору подписей в политические агрессивные мероприятия, которые могли вообще неизвестно чем закончиться…

Причем лично я за что боролась, на то и напоролась, потому что я ратовала за демократию, а ко мне собрались прийти домой под видом пикета и сбора подписей. Поэтому, когда поведение отдельных граждан стало непредсказуемым, это привело к последующему принятию решений местными властями, которые просто-напросто оставили для агитации во всех городах и весях только те места, которые и ранее были отведены для ведения общественно-массовых мероприятий. Не надо никогда принимать демократические решения за попустительство, за возможность вести себя недипломатично и не по правилам.

К сожалению, такое поведение было, и оно привело к этим последствиям. И когда мы опять восстановим эту политическую культуру, на каких выборах — я теперь не знаю. То есть, по сути дела, именно такие решения по местам для агитации приняты для того, чтобы дисциплинировать тех, кто будет участвовать в этих мероприятиях. Пусть они хотя бы там попробуют провести агитацию. Если им не будет этих мест хватать, тогда они скажут: «Нам не хватает, наших сторонников гораздо больше».

О декларации Виктора Бабарико

— Основанием для отказа в регистрации может стать недостоверность указанных сведений в размере, превышающем 20% от годового дохода. Да и то — это право ЦИК, а не обязанность, мы можем оценивать ситуацию по-разному. Также можно отказать, если претендент забыл задекларировать старые «Жигули». То есть транспортное средство не указано в декларации или, например, земельный участок, это уже считается существенной ошибкой.

Что же касается особенностей декларации господина Бабарико, могу сказать, что перечисление сведений о том, у кого он хранит деньги, не предусмотрено постановлением Совмина, который утвердил данную форму декларации. Мы не проверяем ни банковские счета, ни где хранит свои деньги кандидат, он может их и под матрасом хранить. Указано это подобным образом именно потому, что декларация подписана уже после возбуждения уголовного дела в отношении господина Бабарико. То есть он хотел показать некую легальность конкретных сумм именно в рамках возбужденного уголовного дела. К выборам это никакого отношения не имеет.

Относительно решения о регистрации, которое примет Центральная комиссия, я пока ничего не могу сказать. Но декларация Бабарико, как и декларации других претендентов на пост президента, направлена в профильные организации, которые занимаются проверкой денег, недвижимости — кроме банков. Все сведения, которые касаются денежных сумм, хранящихся в банках, составляют тайну, поэтому в банки декларации не направляются.

Главное в данном случае — законность получения дохода, а не то, что деньги хранятся у друга. То есть если источники дохода будут законные, одолжил он кому-то деньги или нет, не имеет никакого значения.

В конце интервью Лидия Ермошина отметила, что в ЦИК ей осталось работать год — до следующего лета. Глава ЦИК не допускает варианта, что президент скажет, что не отпускает ее пока с этой должности.

— Вы знаете, я думаю, он не должен так сказать в силу того, что это же не год и не два работать, а пять. И самое главное — это, конечно, предстоящая через пять лет новая президентская кампания. Проводить ее в 73 года при таких нагрузках — я думаю, это будет явный перебор.

 
Теги: Минск
 
 
Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
Глава ЦИК Лидия Ермошина дала большое интервью РИА «Новости», в котором рассказала, почему в качестве местами для агитации в Минске и регионах стали точки на...
 
 
 

РЕКЛАМА

Архив (Новости Экономики)

РЕКЛАМА

© 2004-2020 21.by
Яндекс.Метрика