И сегодня не верю, что это было…
И сегодня не верю, что это было…
В это действительно трудно поверить, но встретил я заслуженного тренера СССР по акробатике Михаила Цейтина, которому в июне исполнится восемьдесят семь лет, на искусственном футбольном газоне CОК «Олимпийский» возле Дворца водного спорта. Михаил Ильич проводил занятия по атлетической подготовке футболистов столичной команды высшей лиги МТЗ-РИПО. А после окончания занятий ему надо было спешить в Белорусский государственный университет физической культуры, где Цейтин читает лекции. Вот такой напряженный рабочий график у участника Великой Отечественной войны, которая началась для него летом 1941 года и закончилась под Дрезденом весной 1945-го. И тем, что, пройдя огненными дорогами, он остался в живых, Михаил Ильич во многом обязан физической закалке и спорту Александр ОСИПЕНКО А потом было утро 22 июня. Студенческая команда готовилась к традиционному физкультурному параду на Красной площади в Москве. Среди его участников должен был быть и Михаил Цейтин. По привычке в то солнечное утро он встал в шесть часов. Вышел на балкон и вдруг увидел, что над Минском идет воздушный бой. Подумал, учения. Но когда уже шел на стадион, увидел машину с солдатами. «Война!» - кричали они. Потом студентов собрали в институте физкультуры и военные предложили им на выбор: кто хочет продолжать учебу, должен самостоятельно добираться до Москвы, а кто пойдет в армию добровольцем, должен получить обмундирование. Тут же открыли бомбоубежище, где хранились мотоциклы с колясками, выдали новобранцам черные спортивные костюмы, лыжные ботинки и - в бой, под Негорелое, навстречу немцам. А какой бой, если к пулеметам холостые, а не боевые патроны? Много ли с ними навоюешь, когда на тебя прут танки? Благо еще успели побросать мотоциклы и уйти из-под огня. Вернулись в Минск 25 июня. А тут воздушный налет. Потом уже узнали, что на город налетело восемьсот бомбардировщиков. Бомбили страшно. Михаил Цейтин и теперь не понимает, как он со своим другом Анатолием Цыбульским оказался в районе железнодорожного вокзала. И в этот момент в здание средней школы, в подвале которой прятались женщины, старики и дети, попала бомба. Начали друзья вытаскивать их наверх. Вот так для третьекурсника ИФК Михаила Цейтина начиналась война. Переправа, переправа, берег левый, берег правый Самое страшное для солдата - это бесконечные версты отступления, когда не знаешь, куда идти и что тебя ждет. Вот и рядовой Михаил Цейтин прошел через это испытание. Правда, перед отходом узнал, что нужно пробиваться на Сухиничи, где будут формироваться боевые подразделения. Но как добраться до тех Сухиничей, если перед тобой полноводная река Сож, а по пятам идут немцы? Вот тут-то и пригодилась Михаилу Цейтину спортивная закалка. Снял, как учили, лыжный костюм, ботинки, связал все в узел, забросил за спину карабин - и в воду. А она кипела от разрыва пуль: фашисты обстреливали реку с бреющего полета. Для многих бойцов она стала последним приютом. А вот Михаила Цейтина судьба сберегла. До того как попасть в авиационное училище младших специалистов в Уральске и освоить специальность стрелка-радиста, он еще успел повоевать на земле, защищая малые и большие города. А в авиации Михаил Цейтин служил с перерывами. Полетал на «СБ», потом на «ИЛ-2» на месте воздушного стрелка, вместе с пилотом Васей Точилиным горел в воздухе. Тогда только каким-то чудом командиру удалось посадить штурмовик. А потери в начале войны летчики несли большие. Каждый день кто-то не возвращался с боевого полета. Так и получилось, что полк, в котором служил Михаил Цейтин, остался без самолетов. Из стрелков-радистов сформировали истребительные подразделения, и пошла вперед матушка-пехота… Сосна, да не та Больше всего Михаилу Цейтину запомнились бои 1942 года за освобождение Ельца на реке Сосна. Немцев уже из города почти выбили, но никак не могли угомонить вражеский миномет, который стрелял из полуразрушенной церкви на другой стороне реки. Тогда командир батальона приказал Михаилу Цейтину взять с собой несколько бойцов и уничтожить огневую точку. Подползли они незаметно вдоль стены к миномету, но окно, из которого стреляли немцы, оказалось на уровне второго этажа. Тогда Михаил, как спортсмен-акробат, взобрался на плечи одного из солдат, ему подали связку гранат, и он бросил ее в окно. А уже на обратном пути Цейтина осколками снаряда ранило в ногу. Когда его привезли в госпиталь в Тамбове, Михаил услышал жестокий приговор: необходима ампутация. Сразу операцию ему не успели сделать, а ночью на город налетели немецкие самолеты, и всех раненых вновь погрузили в эшелоны. Ехали до Уфы, это Михаил Ильич хорошо запомнил, девятнадцать суток. А когда прибыли на место, Цейтина вновь определили на ампутацию. Тогда-то он и сказал медбрату: «Нельзя мне ампутировать ногу. Я же спортсмен! Да и пальцы ноги чувствую». «Ладно, - ответил тот, - завтра в госпиталь придет медицинский генерал Цыпкин, он и будет решать, что делать». «Кто-кто? - не веря своим ушам, переспросил Михаил. - Борис Наумович Цыпкин?» «Откуда я знаю его имя и отчество? - ответил медбрат. - Генерал и генерал». А утром в палату действительно пришел Борис Наумович Цыпкин, который до войны преподавал в Белорусском институте физкультуры. Узнал своего бывшего студента, поздоровался. Потом разрезал бинты, осмотрел раны и сказал: «Твое счастье солдат: организм у тебя могучий. После войны опять будешь кувыркаться…» Генерал всегда прав И ведь не ошибся Борис Наумович. Заканчивал войну Михаил Ильич лейтенантом в должности начальника парашютно-десантной службы. А тут подоспел приказ об увольнении в запас всех участников физкультурных парадов в Москве. Так 6 августа 1945 года Михаил Цейтин вновь оказался на Красной площади. Вот такая судьба, вот такая биография фронтовика, большого спортсмена и большого тренера… Чтобы разместить новость на сайте или в блоге скопируйте код:
На вашем ресурсе это будет выглядеть так
В это действительно трудно поверить, но встретил я заслуженного тренера СССР по акробатике Михаила Цейтина, которому в июне исполнится восемьдесят сем |
|